Домой

Гаврилов Б. И.,"Долина смерти. Трагедия и подвиг 2-й ударной армии"




НазваниеГаврилов Б. И.,"Долина смерти. Трагедия и подвиг 2-й ударной армии"
страница5/25
Дата10.03.2013
Размер3.45 Mb.
ТипКнига
Подобные работы:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25

Финев Луг следовать в распоряжение комкора Н.И.Гусева. Причина отказа от операции по захвату хуторов заключалась в том, что в группе Гусева осложнилась обстановка на острие прорыва в районе Еглино. Требовалось усилить натиск там, на главном направлении, а в это время два полка 87-й кавалерийской дивизии оказались скованы тяжелыми боями с 636-м пехотным полком немецкой дивизии литер "А". 23-я бригада должна была сменить кавалеристов 87-й дивизии на рубежах д. Вережино, Паншино, Филипповичи. Выполняя приказ, 23-я бригада в 6 часов утра 7 февраля по глубокому снегу вышла в поход20. Поздно вечером 8 февраля, когда она подходила к с.Вдицко, комбриг В.И.Шишлов получил второй приказ с уточнением задачи. Распоряжением № 40/кк, отданным в 21 час 50 минут 8 февраля, командир корпуса приказал: "Командиру 23-й ос бригады форсированным маршем выйти в район Поддубье, Жилое Рыдно, Язвинка, выдвинув не менее усиленного батальона на рубеж Паншино — Волкино для смены частей 25-й кд (98 и 104 кп) и 87-й кд (256 кп) с задачей не допустить продвижения противника с направления Филипповичи, Лютка...". Один стрелковый батальон, даже усиленный, не мог, конечно, заменить три кавалерийских полка. Тем не менее, определяя задачи бригаде, комкор требовал "действовать дерзко", ни перед чем не останавливаться, сурово соблюдать дисциплину и при этом "уничтожать тех (красноармейцев - Б.Г.), кто сдается в плен". Кроме того, он распорядился "не допускать ухода населения к противнику"21.

9 февраля командование 2-й ударной армии переподчинило 23-ю бригаду командиру 366-й дивизии полковнику С.И.Буланову. Сражаться им предстояло рядом и командарм Клыков полагал полезным их оперативное соединение. Возникновение новой оперативной группы, вслед за группами Коровникова, Жильцова и др. до известной степени восполняло отсутствовавшее в РККА в 1942 г. корпусное звено управления. 10 февраля бригада сменила в заданном районе кавалерийские части. Разведчики бригады сразу приступили к рекогносцировке немецких позиций в деревнях Филипповичи, Загородницы, Клюкушицы, Донец, Замостье, Фролево, Солони. Противник вел такую же разведку со своей стороны, а 13 февраля немцы перешли в наступление. В 8 час. 45 мин. после артподготовки они силою до двух с половиной рот атаковали боевые порядки 3-го (50-го) отдельного стрелкового батальона бригады в деревнях Паншино и Волкино, но были отброшены и залегли в 300-400 м от деревень22. В этот день немцы атаковали еще несколько раз, однако отступали с большими потерями. В бою отличился красноармеец И.И.Ивлев, правильный орудия отдельного артдивизиона. Его орудие расстреливало немцев картечью в упор. Когда враг подошел на 30-40 метров, Ивлев продолжал наводить орудие, вдохновляя примером товарищей. Перед его позицией остались лежать 35 гитлеровцев.

Потерпев неудачу, немцы мелкими группами сосредоточились в роще в 500 м юго-восточнее Волкино и вызвали авиацию. Прилетели три бомбардировщика, посыпались бомбы, открыли огонь немецкие орудия и минометы и под их прикрытием около 17 часов неприятель начал "психи-ческую" атаку силою до батальона. Отражая вражеский натиск, многие бойцы бригады проявили героизм. Например, сержант Н.А.Игнатенко, командир отделения отдельного минометного батальона 50-мм минометов со своим расчетом вел огонь, пока враг не подошел на 50-100 м и стрелять из миномета стало невозможно. Тогда Игнатенко взял ручной пулемет, меткими очередями разрезал немецкую цепь и уничтожил до 15 врагов. Будучи ранен, он не вышел из боя. Стрелок роты противотанковых ружей А.К.Рощин, раненый в руку и ногу, не покинул поле боя, он собирал у раненных и убитых патроны и подтаскивал товарищам. Благодаря этому бойцы продолжали огонь. Раненый телефонист минометного батальона бригады красноармеец Г.С.Мордасов не оставил наблюдательный пункт и огнем из автомата уничтожил 7 оккупантов.

Противник стремился прорваться через боевые порядки бригады в тыл 2-й ударной армии и отрезать ее от коммуникации в Мясном Бору. Но 23-я бригада не ограничилась упорной обороной и сама предприняла контратаки в направлении урочища Корбово. Не ждавший контрудара противник к 19 часам 13 февраля отошел в исходное положение. Наши воины победили, но потеряли 42 чел. убитыми и 123 ранеными. Враг потерял убитыми более 300 чел. Красноармейцы взяли 7 пленных, в том числе фельдфебеля.

Отразив удар врага на Паншино и Волкино, командование 23-й бригады решило само перейти к активным действиям против немецкой группировки у деревень Филипповичи, Загорье, Лазарево, Людка, Савлово, Загородницы. К 7 часам утра 15 февраля части бригады заняли исходное положение и на рассвете начали наступать. Немцы яростно контратаковали, но во встречном бою

красноармейцы опрокинули противника и к концу дня заняли Филипповичи, Любище, Волосково, Донец, Замостье, Лахуни, Солони23. Были захвачены трофеи: 4 спареных миномета, 2 станковых и 11 ручных пулеметов, 2 зенитных пулемета, 2 противотанковых ружья, 9 автоматов, 30 винтовок, 9 пистолетов, 4 бинокля. Взято трое пленных.

В боях за Филипповичи и Загорье отличился командир орудия отдельного артдивизиона красноармеец П.И.Крышун. Во время вражеской атаки он заменил наводчика, был ранен в руку, но продолжал сражаться, а когда кончились снаряды, откатил пушку в безопасное место. Отважный санитар стрелковой роты красноармеец М.В.Глазунов вынес под огнем 12 раненых с оружием. Последних четырех вынес, будучи ранен сам.

К 16 февраля в 23-ю бригаду резко сократился подвоз боеприпасов, т.к. бензина почти не осталось, а лошадей не хватало. 16 февраля в бригаде сменился комбриг — вместо В.И.Шишлова командование принял полковник Н.П.Коркин. В.И.Шишлова перевели на должность командира 53-й бригады, а затем 382-й стрелковой дивизии. При новом командире 23-я бригада 18 февраля пыталась продолжать наступление, но в этот день по личному приказу генерала Н.ККлыкова 3-й (50-й) отдельный стрелковый батальон 23-й бригады вывели из боя и направили к Красной Горке, где начинались главные события всей операции фронта. С уходом батальона 23-я бригада лишилась значительной части личного состава, в ней осталось лишь 2290 чел. Поэтому вечером 19 февраля, едва стемнело, она прекратила атаки и перешла к обороне24. Воины бригады в минувших боях продвинулись более, чем на 10 км. В результате 23-я бригада глубже всех вклинилась в немецкую оборону в направлении Новгорода. Поэтому в конце февраля бригаду передали в 52-ю армию, которая имела задачу взять Новгород. Командование фронта еще не потеряло надежду на получение общевойсковой армии и готовилось к выполнению операции в первоначальном объеме.

На правом фланге 25-й кавалерийской дивизии у деревень Никулино, Старое и Новое Почепово, Замежье в конце января вела бои 59-я бригада. Когда наступательные возможности бригады оказались исчерпаны, кавалеристам приказали сменить ее на острие прорыва. 236-й кавполк обошел слева подразделения бригады и, выйдя вперед, атаковал неприятеля в северо-западном направлении. В тяжелейших боях воины полка взяли деревни Конечики, Порожки, Совкино 2-е, Совкино 1-е, Глебово, Нестерково, Абрамове25. Участник боев бывший командир полковой батареи 236-го кавполка Д.Е.Мязин вспоминает: "Особенно тяжелые бои развивались за деревню Конечики. С одной и другой стороны участвовали тысячи солдат и офицеров. Несмотря на 25-ти градусный мороз, орудийные расчеты были в одних ватниках, а стволы пушек были красными. Деревня Конечики десятки раз переходила из рук в руки. Было уничтожено много техники и полностью была уничтожена дивизия баварского корпуса, много было взято в плен"26.

Вслед за 59-й бригадой 236-й кавполк в этих боях оказался обескровлен и отведен на отдых и пополнение к Финеву Лугу. Его место заняла 25-я бригада27. Она закрепилась между 59-й и 23-й бригадами, у деревень Никулино, Почепово, Замежье, западнее Жилого Рыдна и Поддубья, дальше ее позиции шли вдоль селений Олений Остров, Абрамов Клин, через замерзшее озеро Черное, а затем западнее деревень Веретье Финское и Веретье Русское и почти до самого Еглина.

В результате февральских боев левое крыло 2-й ударной армии вышло на реку Оредеж на участке д.Порожки — Пристанское озеро, а у д.Нестерково удалось захватить плацдарм на правом берегу реки. Дальше на запад начиналась псковская земля. Бои здесь шли трудные. Но еще более кровопролитные сражения разгорелись северо-восточнее, у Еглино и Конечиков. Сопротивление противника там, на северном фланге прорыва, нарастало. Неприятель наращивал силы, стараясь не пропустить наши войска в тыл 18-й армии верхмата, к Ленинграду. 10 февраля в "Дневнике" Ф.Гальдера появилась запись: "На волховском участке противник не может добиться новых успехов", а на следующий день он с облегчением отметил: "На волховском участке наступательный порыв русских ослаб, что, видимо, связано со значительными потерями"28.

На правом, восточном фланге прорыва 87-я кавалерийская дивизия продолжала наступление, несмотря на большие потери. Захваченные ею рубежи принимали и закрепляли 53-я и 22-я стрелковые бригады. 87-я дивизия шла прямо на Любань. Севернее Спасской Полисти и Ольховки в ночь на 30 января она вместе с 45-м, 46-м и 49-м отдельными лыжными батальонами освободила деревни Кривино и Новая. В 3 км северо-западнее деревни Новая 49-й лыжный батальон занял высоту 47,6. Противник контратаковал, но был отброшен кавалеристами и лыжниками29. Под Ольховкой 22-я бригада захватила у врага 8 пушек и 10 минометов и использовала трофеи в боях.

Встревоженный нашими ударами, неприятель направил большую группу разведчиков, чтобы уточнить намерения волховцев. Группа добралась до штаба 2-й ударной армии. Охрана штаба вступила с нею в бой. К месту схватки направились командарм Н.К.Кпыков, член Военного совета дивизионный комиссар И.В.Зуев и начальник особого отдела А.Г.Шашков. В пути они встретили крытые санитарные сани с одним ездовым, а в санях под пологом обнаружили спрятавшегося немца с автоматом. Пленный показал, что под Любанью накапливаются еще пять немецких дивизий — корпус генерала Герцога30.

Продвигаясь на север, 87-я кавалерийская дивизия вместе с 53-й бригадой, 169-м, 170-м и 171-м лыжными батальонами освободила д.Тигодский завод и Червино. Но дальше, у деревень Крапивно, Ручьи и Червинская Лука неприятель занял жесткую оборону и остановил наши войска. Начались затяжные, тяжелые бои. На помощь 87-й дивизии перебросили с левого фланга 25-ю кавдивизию и 57-ю бригаду. Однако добиться перелома не удалось. Тем временем 22-я бригада, 42-й, 164-й и 165-й лыжные батальоны пытались прорвать немецкую оборону западнее и вдоль реки Сычева31. * Продвижение корпуса, — отмечал К.А.Мерецков, — шло успешно до тех пор, пока наступление велось строго в северо-западном направлении, где силы противника были незначительны. Но стоило генералу Гусеву повернуть дивизии на северо-восток, непосредственно на Любань, как противник стал оказывать сильное сопротивление"32. 57-я бригада понесла в этих боях большие потери. Ее сменила 191-я стрелковая дивизия, которую передали 2-й ударной из состава 4-й армии. Дивизия начала наступление на деревни Коркино и Померанье, но снаряды и бомбы противника закрыли ей дорогу на Любань. Обескровленная дивизия перешла к обороне. По решению К.А.Мерецкова стрелковые части, сосредоточенные правее кавкорпуса на линии Ручьи-Ольховка, объединили в оперативную группу генерал-майора П.Ф.Привалова. Это позволило улучшить руководство войсками, но никак не повлияло на их низкую техническую оснащенность. Любань оставалась недоступной. Темп наступления значительно снизился, чему способствовали большие потери, особенно в лыжных батальонах. Они использовались весьма активно всеми частями и соединениями. В результате к 28 февраля в 45-м лыжбате осталось 17 чел., в 46-м — 25 чел., в 49-м — 12 чел. 24 марта приказом командарма Н.К.Клыкова № 0088 эти три лыжбата расформировали, их личный состав поступил в стрелковые бригады, которым эти батальоны подчинялись прежде33.

Утром 18 февраля на усиление кавкорпуса в район Красной Горки прибыла из 4-й армии 80-й кавалерийская дивизия полковника А.А.Асланова (с марта — полковника Н.А.Полякова). Ее сопровождали 39-й и 42-й отдельные лыжные батальоны. За ними проходили стрелковые полки34. Для броска на Любань собирался ударный кулак.

В результате наступления 2-й ударной армии исчезла сплошная линия фронта. Это позволило улучшить обеспечение партизанских отрядов оружием и продовольствием, активизировать их деятельность. В начале февраля волховские партизаны были объединены в два батальона. Одним командовал Е.Ф.Тувалович, другим — К.Н.Валович. Партизаны нападали на немецкие гарнизоны и занимались диверсиями, получая задания непосредственно от командования 2-й ударной армии35.

В течение января авиационный парк Волховского фронта значительно пополнился, в частности прибыли пять истребительных авиаполков. К началу февраля военно-воздушные силы фронта насчитывали уже 313 боевых машин, но легкомоторные самолеты по-прежнему составляли значительное большинство. 188 вновь поступивших самолетов У-2 командование ВВС фронта передало в начале февраля в распоряжение ВВС 2-й ударной, 4-й, 52-й и 59-й армий. Против Волховского фронта действовало в то время 385 боевых самолетов. Таким образом, превосходство врага в воздухе оставалось неизменным36.

Наступление 2-й ударной обеспечивали 52-я и 59-я армии. Они не прекращали бои за расширение плацдарма и коридора в Мясном Бору. В ночь на 24 января, сразу после прорыва немецких позиций у Мясного Бора, командование 52-й армии по распоряжению К.А.Мерецкова приказало 305-й дивизии войти в прорыв и, расширяя горловину, нанести удар в южном направлении. Целью операции являлся захват деревни Теремец-Курляндский. Для решения задачи выделялась часть сил дивизии, остальные ее подразделения продолжали удерживать рубеж перед шоссе и железной дорогой. Выполняя приказ, воины 305-й вошли в прорыв и к 1 часу ночи 24 января овладели деревней. Другие батальоны дивизии в это время отражали контратаки врага у д.Лелявино. Используя успех 305-й дивизии у Теремца-Курляндского, днем 24 января 46-я стрелковая дивизия пробилась к шоссе с востока и ворвалась в деревню Тютицы, но закрепить успех не смогла37.

Между 46-й и 305-й дивизиями, в 7 км южнее д.Мясной Бор продолжала бои за Копцы 267-я дивизия. Захват Копцев являлся необходимым условием расширения прорыва и обеспечения левого фланга ударной армии. Но фронтальные атаки успеха не имели. 27 января КА.Мерецков приказал 267-й дивизии взять деревню обходным маневром с запада, а для этого пройти через коридор в Мясном Бору и сосредоточиться в лесу западнее Теремца-Курляндского, рядом с 305-й дивизией, которой также приказали перевести в Мясной Бор свои главные силы. Прежние участки перед шоссе 267-я дивизия передала соседней 259-й дивизии, а 305-я дивизия — 225-й дивизии. 305-й дивизии предстояло наступать от Теремца-Курляндского вглубь вражеской обороны, а 267-я дивизия должна была решать задачу вместе с 259-й дивизией, которая атаковала Копцы с востока. Общая атака Копцев была назначена на 14 часов 28 января38. Для передислокации 267-й дивизии отвели короткий день и длинную зимнюю ночь, причем требовалось преодолеть еще немецкий рубеж под Теремцом-Курляндским, чтобы выдти в тыл Копцам. Путь дивизии по глубокому снегу прокладывал ее 848-й стрелковый полк. У Теремецких хуторов дивизию бомбила немецкая авиация, но это не помешало нашим воинам найти проход через вражеские позиции, где не было сплошной линии обороны, уничтожить несколько групп немцев, перерезать проводную связь, взять пленных и трофеи — повозки с продуктами. 844-му стрелковому полку приказали обойти Копцы с юга и перехватить шоссе и железную дорогу со стороны Новгорода, а 848-й полк пошел в атаку на деревню. Противник отбросил атакующих сильным огнем. Тяжело раненый командир роты автоматчиков младший лейтенант Петухов и санинструктор, который оказывал ему медицинскую помощь, были захвачены в плен. Враги пытали Петухова, добиваясь сведений. Он ничего не сказал и тогда перед смертью ему отрезали язык. Санинструктор вскоре бежал из плена. Поэт М.А.Дудин посвятил Петухову стихотворение "Молчание". Его опубликовала дивизионная газета "Сталинский путь". Петухова посмертно наградили орденом Красной Звезды. Взять Копцы не удалось. Более того, противостоявшая 58-я пехотная дивизия верхмата направила сюда подкрепление, 848-й стрелковый полк оказался фактически в окружении и с трудом отбивал атаки противника. В одном из боев немцы прорвались к штабу. Все штабные работники взяли оружие, сам командир полка капитан В.А.Поспелов стрелял из пулемета. Его мужество и находчивость позволили продержаться до подхода главных сил полка. В этих боях дивизия понесла большие потери39.

В 300 м севернее Копцев, с правой стороны шоссе находилась в 1942 г. деревня Крутик, тоже превращенная врагом в опорный пункт. После неудачи с Копцами 267-й и 305-й дивизиям приказали взять Крутик. 305-я сосредоточилась в лесу севернее деревни Вешки, в 2 км от цели атаки. 267-я дивизия наносила удар непосредственно по Крутику, а 305-я прорывалась между Крутиком и Копцами. Узкое пространство между деревнями простреливалось насквозь и главная тяжесть боя ложилась на 305-ю. Ей предстояло отвлечь врага на себя. Обе дивизии начали наступление, но пробиться к позициям немцев не смогли. 31 января последовала новая попытка. Противник отразил ее минометным и пулеметным огнем и отбросил части 305-й дивизии в лес. 3 февраля к 305-й присоединилась 259-я стрелковая дивизия полковника А.В.Лапшова, которая действовала с востока. Вместе они атаковали северо-восточную окраину и центр Копцев, но тоже безрезультатно. Не имели успеха и последующие атаки, которые продолжались всю первую неделю февраля. Немцы контратаковали, а 2 февраля даже выбили с позиций 1-й батальон 1000-го стрелкового полка 305-й дивизии. За это отступление командование 52-й армии 7 февраля приказом № 0245 сняло с должности командира и комиссара батальона как непосредственно виновных в том, что батальон "не оказал должного сопротивления", а заодно сняли с должности командира и комиссара 1000-го полка40. Столь суровые меры объяснялись большим значением, которое командование армии и фронта придавало взятию Копцев. Этот узел обороны препятствовал расширению коридора прорыва и закрывал путь на юг, к Новгороду. Германское командование понимало значение Копцев не хуже нашего и оборонялось умело и стойко. 6 февраля генерал Ф.Гальдер в "Военном дневнике" отметил, что "на фронте группы армий "Север" по-прежнему напряженная обстановка"41. Немалый вклад в такое развитие событий внесли полки 52-й армии.

Прорыв на Новгород являлся для 52-й армии главной задачей. Позиции у самого Новгорода занимала 225-я дивизия полковника К.Ю.Андреева. Боевой путь она начала 2 июля 1941 г. под городом Остров у Псковского укрепленного района как 3-я танковая дивизия. Вместе с другими соединениями отходила на восток, а 14 июля участвовала в одном из первых успешных контрударов Красной Армии под городом Сольцы южнее Новгорода. Там сгорели ее последние танки. 15 августа

ее перебросили в Новгород. Она обороняла его вместе с 28-й танковой дивизией, тоже лишившейся танков. 19 августа наши войска оставили Новгород и 3-я танковая заняла оборону у деревни Войны на берегу озера Ильмень и далее на север по реке Малый Волховец вдоль деревни Городище до прежних рубежей 305-й дивизии. В ноябре 1941 г. 3-ю танковую дивизию переформировали в 225-ю стрелковую и вскоре включили в состав Волховского фронта. Она постоянно вела разведку левого, вражеского берега Волхова, захватывала "языков"42. Дивизия готовилась освободить Новгород вместе с другими войсками 52-й армии, наступавшими с плацдарма. Кроме того, постоянные вылазки держали врага в напряжении и препятствовали переброске отсюда немецких войск против наступавших частей Волховского фронта.

У Городища можно видеть стоящие в Волхове каменные быки и насыпь на левом берегу. Это остатки железной дороги Петербург — Орел. Ее начали строить перед Первой мировой войной, но так и не закончили. Гитлеровцы устроили в насыпи дзоты. В ночь на 29 января 1942 г. 20 разведчиков 229-го стрелкового полка 225-й дивизии перебрались через Волхов и забросали дзоты гранатами. Внезапно с фланга открыли огонь два замаскированных дзота. Спасая товарищей, сержант И.С.Герасименко бросился на амбразуру первого дзота. Пулемет захлебнулся, но вскоре снова открыл огонь. Пулемет второго дзота бил, не замолкая. Тогда грудью кинулись на амбразуры ефрейтор А.С.Красилов и рядовой Л.О.Черемнов. Дзоты замолчали и разведчики гранатами уничтожили огневые точки. Герасименко был еще жив, его перевязали, но прожил он не долго. Всем троим присвоили звания Героев Советского Союза. 7 февраля 1942 г. им посвятил стихотворение "Трое" волховский фронтовой поэт П.Н.Шубин, затем написал "Балладу о трех коммунистах" ленинградский поэт Н.С.Тихонов. На месте гибели героев поставлена стела. Их подвиг позволил дивизии захватить на берегу Волхова небольшой плацдарм для будущего броска к Новгороду43.

Южнее 225-й дивизии начиналась полоса действий Северо-Западного фронта. Выполняя план Ставки, его войска 15 февраля пробились к городу Холм и окружили демянскую группировку 16-й немецкой армии, а 20 февраля образовали еще одно кольцо окружения, соединив вторые клещи у села Залучье. Разрыв между первым и вторым кольцом составлял 40 км. В окружении оказалось 70 тыс. немцев — 7 дивизий. Впервые Красная Армия окружила столь крупные силы врага. На помощь Северо-Западному фронту подошла с московских рубежей 1-я ударная армия. Но фронт имел всего 142 боевых самолета, из них 32 истребителя44. Поэтому противник смог наладить воздушный мост к окруженной группировке и начал готовить операцию для ее деблокирования.

По плану освобождения Новгорода навстречу 225-й дивизии должна была наступать с захваченного плацдарма 305-я дивизия. Прямо на запад от позиций 305-й дивизии, за лесом у Теремца-Курляндского, лежало топкое болото — Большое Замошское. Оно тянется с севера на юг на 10 км при средней ширине 3-4 км. В центре болота два озера. Первое совсем небольшое, его называют Глухое. Величина второго (2,5 х 1,5 км) соответствует названию — Большое Замошское. К юго-западу от Большого Замошского озера, у края болота, рядом друг с другом расположены еще два озера: Земтицкое и южнее его Вешское. Они названы по именам деревень — Вешки и Земтицы. Обе деревни стояли в 1-1,5 км от болота, на дороге, которая шла вдоль леса. Она начиналась севернее станции Мясной Бор и шла на юг, параллельно железной дороге, вдоль Теремца-Курляндского, до деревни Нёкохово и дальше. У Нёкохово она соединялась с другой дорогой, накатанным большаком, который шел от пристани Муравьи через узел вражеской обороны в селе Подберезье к деревне Долгово, где резко поворачивал на север к деревням Оссия, Малое и Большое Замошье. Эти три деревни расположены сразу за болотом, на западной его стороне, напротив Копцев. Дальше лесная дорога поднималась к деревне Кречно, пересекала реку Кересть и доходила до Глухой Керести. Расположение дороги свидетельствует о ее важности для организации обороны в районе Большого Замошского болота и всей северной части лесного массива Мясной Бор. С востока на запад болото пересекают несколько хорошо нахоженных троп. Их еще задолго до войны проложили грибники, охотники и сборщики клюквы.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25

Поиск по сайту:



База данных защищена авторским правом ©dogend.ru 2014
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Уроки, справочники, рефераты