Домой

1. Содержание (план)




Название1. Содержание (план)
страница2/4
Дата01.03.2013
Размер0.62 Mb.
ТипДокументы
5. Просветительская деятельность протоиерея Николая Сироткина
Подобные работы:
1   2   3   4

^ 5. Просветительская деятельность протоиерея Николая Сироткина


С момента начала служения приходским священником Николай Сироткин состоял учителем в Сухановской земской школе. Но село Суханово не являлось приходским Захарьину, а было волостным центром. В самом же приходе села Захарьина до 1874 года не было ни одной школы. Во второй половине XVIII – первой четверти XIX вв. грамотность в приходе встречалась лишь у отдельных личностей: бурмистров, старост, доверенных лиц помещиков и редких крестьян – любителей. С 1845 года по 1863 год 1/4 часть мужского приходского крестьянства была грамотна, с 1863 года по 1875 год уже 1/359. Тому послужило появление небольших частных школ, которые были официально не разрешены. Такие школы были долгое время в приходских деревнях Быковка у крестьянина Рыбакова и в деревни Бяконтово у крестьянина Андрияна, в 1870 году появились в селе Захарьино у крестьянина Фомы Андреева и в деревне Старо-Никольской у крестьянина Максима Иванова. Их школы – это частные дома, где они сами занимались преподаванием начальной грамотности нескольким ученикам, двум-трём, пятерым – не более. Преподавали грамотность и члены притча церкви Знамения Пресвятой Богородицы в Захарьине, в год не более пяти мальчикам, девочек вообще не обучали, так как это считалось непозволительной роскошью, встречались лишь изредка девочки-самоучки. Преподавал священник И.П. Уаров, псаломщики, дьячки, преподавал и Н.Е. Сироткин. Обучение велось исключительно на дому у членов притча. Среди своих особо отличившихся надомных учеников Сироткин отмечал двух, которые впоследствии стали один ветеринаром в Харьковской губернии, а другой, его брат, бухгалтером в Правление железной дороги60. Однако все эти школки не удовлетворяли потребностям в грамоте местного многочисленного населения, насчитывавшего более 1000 человек.

Одной из самых населённых и богатых деревень прихода Захарьинского храма во второй половине XIX века была деревня Городяиха (Ново-Никольская). Местные крестьяне, благодаря удобному расположению деревни на Варшавском шоссе, занимались торговлей и обслуживанием проезжающих, сколачивая на этом неплохие капиталы61. Имея средства, они хотели обучать своих детей. Однако в Захарьинском приходе и в других близлежащих школ не было. По нормам того времени максимально допустимым расстоянием до школы являлись 3 версты62 (1 верста = 1,067 км). Вокруг Городяихи нигде не было школ ни то, что в 3 верстах, но и в 6, точно так же, как и вокруг Захарьина, кроме маленьких надомных частных школок, описанных выше.

В 1871 году в Городяихе начала проектироваться школа. Главными инициаторами открытия школы выступили местные крестьяне и приходской священник Николай Евграфович Сироткин63. В 1874 году Сухановским волостным сходом была учреждена школа. Расположилась она в новопостроенном на деньги местных крестьян и попечительницы Соколовой одноэтажном деревянном доме, размером 12 на 14 аршин64 (1 аршин = 0,7112 м). Ныне это Средняя школа № 1163 района Бутово города Москвы. Её первыми учителями были: Александр Ильич Маркелов – потомственный почётный гражданин, законоучителем (то есть учителем Закона Божьего) с 1874 по 1918 гг. Николай Евграфович Сироткин. Школа являлась земской. В неё должны были ходить крестьяне из трёх приходов: Захарьинского, Троицкого и Черневско-Ивановского. В общей сложности к ней было приписано 17 селений этих трёх приходов, в которых жило 400 детей школьного возраста, однако школьное здание могло вместить из них только 50-60 детей. Неудобнее всего было ходить в Городяиху детям Захарьинского прихода, так как Городяиха находилась на самом его краю65. Назревала необходимость в приходе открывать новую школу, но на неё денег не было.

Идею открытия новой школы активно поддерживал Сироткин. Он считал, что её необходимо открыть именно в центре прихода, что бы разным детям из разных деревень до неё было ходить одинаковое расстояние. Таким географическим центром как раз являлось село Захарьино. Однако на финансовую помощь богатых крестьян Городяихи уже надеяться не приходилось, они были обременены содержанием своей школы. Остальные же деревни были крайне бедные, но желающих учиться было очень много.

В 1873 году в сельце Быковке, где была судебная камера мирового судьи, местного помещика господина Новицкого, Подольским земством было открыто общество взаимного мелкого кредита под названием «Быковское ссудо-сберегательное товарищество». В число членов правления и казначеем этого общества был избран Николай Евграфович. По малограмотности крестьян – членов правления все канцелярские работы по товариществу велись по просьбе земской управы Сироткиным. По его просьбе в 1877 году за его работу в товариществе, общее собрание членов – быковских крестьян отчислило из прибыли 266 рублей 77 копеек на постройку школы в селе Захарьино. Это были первые деньги на школу. Таким образом, было положено начало школе. Кроме того, при храме Знамения Пресвятой Богородицы в то время имелась новая 8-аршинная сторожка, и Николай Евграфович уже имел её ввиду, как материал, для будущего школьного здания. Но имелась небольшая проблема. Сторожка находилась на земле помещика66.

В 1875 году господское имение в Захарьине приобрёл московский купец, богатый каретный фабрикант Фёдор Иванович Соболев, происходивший из крестьян деревни Андреевской, прихода села Кувекина Подольского уезда. Первые годы, находясь в Захарьине, он наводил порядок в имении. В 1878 году его избрали на должность церковного старосты, он даже сделал большой ремонт в храме, но тот всё равно оставался очень ветхим. Он быстро подружился с Николаем Евграфовичем и почти каждый вечер его звал к себе пить чай. За чаем между прочими разговорами Сироткиным высказывалась Соболеву необходимость постройки второй школы в приходе – в Захарьине и возможность оказания помощи в этом деле, а так же указывались уже имевшиеся источники для строительства: отчисления товарищества, пособия от земства и здание церковной сторожки, а также возможности получения крестьянами ссуды от земства. У Фёдора Ивановича была жена – Александра Ивановна, урождённая Козлинина из богатого купеческого рода, очень добрая и умная женщина. Она сильно болела чахоткой. В беседах она поддерживала Сироткина и говорила мужу: «Мы с тобой люди грешные; ты построй около церкви школу, а меня похорони тут же около храма, дети будут ходить в школу и нас с тобой помянут, а детская молитва чиста и угодна Богу». Фёдор Иванович шутил, отговаривался, что когда скопит полмиллиона капитала, тогда и построит школу67.

Спустя три года, в 1881г., после долгих и многих просьб Сироткина Соболев дал ему добро: «Хлопочи, чтобы крестьяне просили у земства на постройку школы пособие и долгосрочную ссуду, как полагается всего одну тысячу рублей, а у своего начальства – разрешение на сломку церковной сторожки. Ведь на тысячу рублей, как требует земство, четыре аршина в свету, школы не выстроишь; а я построю школу пока в долг на своей земле около храма, на месте сторожки, а потом по крестьянским приговорам получим и деньги из земства, а остальное, сколько истрачу, будет пожертвование от меня; а относительно же десятины земли для школы, пусть крестьяне дадут где-нибудь недалеко». Сироткин сразу же обратился к земству, к крестьянам, к епархиальному начальству. И всё было улажено. В мае 1882 года умерла Александра Ильинична, и её похоронили около храма, как она и завещала. Фёдор Иванович был избран попечителем и строителем школы. Школа была выстроена за период с весны по июль 1883 года. Была она одноэтажной 21х12 аршин. Крестьяне Захарьина и Быковки активно помогали строительству школы и подвозкою всяких материалов. Изначально, школа должна была стать земской, но не тут то было. Подольское земство отложило открытие школы до освидетельствования здания и общего собрания земства, затем, после одобрения, дело о школе должно было поступить на собрание Московского губернского земства и только после его одобрения, в феврале-марте 1884 года, школа была бы открыта и профинансировано обучение детей68.

В конце августа 1884 года в гости к Фёдору Ивановичу приехал сосед по имению в селе Троицком на речке Обидце, московский присяжный поверенный Василий Константинович Дубровский. Он рассказывал Фёдору Ивановичу о школе, которую ему удалось открыть у себя в имении, не земскую, а частную, в которой учат не так, как в земских. Что он в своей школе не допустит выдачи свидетельств об окончание курса в школе, потому, что слова «окончивший курс» относятся к учебным заведениям средним и высшим, где изучаются разные науки и разные языки и даётся законченное образование, а в низших и народных школах, должна даваться только простая, необходимая в жизни крестьянина грамотность, что в земских школах после кое-какого учения, выпуская каких-то студентов или «окончивших курс», они в земледельцы и сельские хозяева не годятся, идут в приказчики и конторщики, читают только газеты и бросают не только сельское хозяйство, но часто свои семьи и родителей. Он и Фёдору Ивановичу советовал сделать школу частную, народную, где будут учить крестьянина русской и славянской грамоте, письму, счёту и церковному пению и столько, сколько это нужно каждому69.

Этот разговор сильно повлиял на Фёдора Ивановича. Вскоре Соболев сказал, что желает школу такую же, свою собственную, памяти его жены. Сироткин объяснил ему, что на открытие школы всё-таки необходимо спросить разрешения хотя бы у епархиального начальства, потому как школа получается при церкви, а значит церковная, чтоб уже в дальнейшем земство не вмешивалось в её работу. Как раз тогда в газетах писали о разработке школ нового вида – церковно-приходских, но официальный указ о них вышел только в 1884 году. Однако, епархиальное ведомство разрешило открыть школу при церкви уже тогда. В прошение об открытие школы архиерей Преосвященный Мисаил написал резолюцию: «На открытие церковно-приходской школы для детей обоего пола в собственном доме церковного старосты Фёодора Ивановича Соболева вполне согласен. Божие благословение да будет на усердном благотворители и деле рук его. В должности законоучителя местный священник Сироткин и в должности учителя заштатный дьячёк Иван Бухарев утверждаются». И уже 22 сентября 1883 года (4 октября по новому стилю) она открыла двери для учащихся, было положено начало набору детей. Фёдор Иванович сразу же купил учебники, пособия и привёз их в школу. 2-го октября (14 по новому стилю), в воскресенье, после литургии был отслужен в школе молебен. Фёдор Иванович принёс в школу старинную икону Господа Вседержителя и сказал: «Этою святою иконою, меня благословляли родители мои, а я отдаю её в благословение школе моей!». После молебна в школе, совершена была панихида на могиле Александры Ильиничны Соболевой. 3-го октября (15 по новому стилю), в понедельник, начались занятия, а 4-го октября (16 по новому стилю) был получен официальный указ Московской духовной консистории об открытии в Захарьине церковно-приходской школы, от 29 сентября (11 октября по новому стилю) 1883 года за № 605070.

Это была первая церковно-приходская школа в Подольском уезде и одна из первых во всей Московской губернии. Далее она развилась в самую сильную и востребованную школу в приходе. Обучение было основано на официальной программе для начальных народных школ. Содержание школы осуществлялось за счёт Соболева, его детей, благотворительницы Юлии Карловны Пахульской (урождённой фон Мекк), а также капитала в 10 000 рублей, завещанного Фёдором Ивановичем Соболевым во время болезни 21 декабря 1883 года (2 января 1884 года по новому стилю) нотариальным духовным завещанием закладными листами Московского земельного банка. 23 декабря 1883 года (4 января 1884 года по новому стилю) он умер, а 26-го декабря 1883 года (7 января 1884 года по новому стилю) был привезён из Москвы для погребения в Захарьино у стен храма рядом с супругой71.

В 1898 году местная приходская владелица Юлия Карловна Пахульская (дочка строителя российских железных дорог Карла Фёдоровича фон Мекк и меценатки Надежды Филаретовны фон Мекк, урождённой Фроловской, которая долгое время спонсировала Николая Григорьевича Рубинштейна, Клода Дебюсси и Петра Ильича Чайковского, и также до дочери являлась приходской владелицей) помогла Николаю Евграфовичу увеличить площадь школы, выделив средства на постройку двухэтажного школьного здания (с первым каменным этажом и вторым деревянным). По инициативе Николая Евграфовича, на первом этаже разместилась так же и богадельня, которой ранее никогда не было в Захарьинском приходе. В ней самые бедные приходские крестьяне могли бесплатно поесть и получить кое-какую одежду72.

За всю историю этой школы, как церковной, в ней было 6 учителей: три учителя Николай Михайлович Стогов, выпускник Московской духовной семинарии 1884 г., Иван Селевёрстович Бухарев, выпускник Спасо-Вифанской духовной семинарии 1850 г.,73 законоучитель Николай Евграфович Сироткин – заведующий школы с 1883 г. по 1920 г.; а также три учительницы: Ольга Николаевна, Елена Николаевна и София Николаевна Сироткины – старшие дочери Николая Евграфовича, выпускницы Московского Епархиального Филаретовского женского училища 1888 и 1889 г.г.74 Ольга Николаевна работала в школе с 1888 по 1947 гг., то есть с 17 до 76 лет – почти 60 лет (в советское время школа стала обычной сельской начальной, и просуществовала до 1974 года, когда была закрыта)75. Ольгу Николаевну Сироткину очень любили дети. Помимо предметов, включённых в программу, Ольга Николаевна преподавала девочкам рукоделие (шитьё, вышивание, вязание), которое пользовалось огромной популярностью тогда у крестьян. А особенно способ перевода цветного рисунка с картинки на ткань. До наших дней дошло несколько таких работ учениц Захарьинской церковно-приходской школы Евдокии и Елизаветы Шандориных, выполнявшихся под непосредственным руководством Ольги Николаевны. Бывали даже случаи, когда заниматься рукоделием изъявляли желание мальчики, например Иван Червяков. Очень тёплое отношение к старшей дочери Николая Евграфовича со стороны крестьян подтверждает и тот факт, что когда она тяжело болела воспалением слепого отростка, и находилась на лечении в Подольской земской больнице с августа по ноябрь 1907 года, её каждый день поочерёдно навещали все ученики и их родители, принося многочисленные гостинцы. Помимо основной программы и обучения девочек рукоделию в школе учили также мальчиков переплётному мастерству. И многие мальчики потом работали в хороших переплётных мастерских. Такими дополнительными практическими знаниями желали обладать даже взрослые, и желающим обучаться не было отбоя. В год обучалось около 80 человек, школа сначала была одноклассной, как и остальные школы подобного уровня того времени76. Из учившихся в Захарьинской школе и окончивших её были: 3 внука и внучка Ф.И. Соболева; продолжали образование и впоследствии стали: А. Лобачёв – дантистом в Москве, А. Квартальнова – фельдшером в Санкт-Петербурге, Е. Баранова поступила в Ксениевскую гимназию в Москве, А. Романов – машинистом на железной дороге, А. Кудрявцев – механиком-шофёром, Н. Крылов – земским волостным агентом и кандидатом волостного старшины, Г. Лобачёв и С. Королёв – сельскими старостами. Кроме того, окончили курс и продолжали обучение дети духовенства: 4 мальчика и 2 девочки77.

Николаем Евграфовичем в школе была собрана значительная библиотека, которой пользовались не только учителя и учащиеся, но и весь приход, а также соседние приходы Подольского благочиния, включая их священнослужителей. Известно, что в 1884 году в школе не было ещё ни одной книги, а к 1908-му библиотека насчитывала уже 2000 книг. Они помещались в семи больших шкафах и разделялись на 4 отдела с каталогами к каждому. 1 – й отдел предназначался исключительно для учителей и содержал педагогические издания, различные руководства, а также многие педагогические журналы за все годы их издания. 2 – й отдел также предназначался для учителей, но в большей степени для учеников, его составляли различные учебные пособия. 3 – й отдел предназначался для внеклассного чтения учащихся и для чтения всех прихожан, он состоял из книг исторического, сказочного, повествовательного и духовно-нравственного содержания. 4 – й же отдел был предназначен для хорошо образованных читателей, его составляли различные научные и практические издания. Книги пользовались большим спросом у прихожан, особенно в зимнюю пору, когда крестьяне были свободны от сельскохозяйственной деятельности. Например, за период с 1884 года, когда в школе только начали появляться первые книги, по 1909 год, когда количество книг в школьной библиотеке перевалило за 2000, прихожанами было взято 14777 книг. Николай Евграфович отмечал: «Признаться сказать: выдача, обратный приём и разборка книг – тяжёлое занятие. Любимыми простым народам книгами считаются книги исторического, повествовательного и сказочного содержания, из духовно-нравственного содержания любят только жития святых. По сельскому хозяйству, ремёслам и прочим пока книг почти вовсе не берут, хотя имеются очень хорошие книги по всем отраслям»78.

В 1908 году школа отпраздновала 25-летний юбилей «нарочитым приходским торжеством». К этой дате Николай Евграфович издал брошюру «К 25-летию Церковно-приходской школы в селе Захарьине Подольского уезда 1883-1908 гг.», (М., 1908), где он подробно описал историю создания школы. Дата празднования юбилея была намечена на 22 сентября (5 октября по новому стилю). На празднование Сироткиным было получено разрешение у совета Подольского церковного отделения, Епархиального училищного совета и разрешение Митрополита Московского. Однако празднованию помешала неблагоприятная погода. За шесть дней до празднования начались сильные дожди. Выпало, как отмечал Сироткин, около 526 куб. мм осадков, реки и речушки наполнились водою, и поэтому многие приглашённые не смогли попасть на праздник. 22 сентября (5 октября по новому стилю) также шёл проливной дождь, однако приехало более 30 гостей, из них 10 священников и епархиальный наблюдатель, собрались многие прихожане79. Захарьинский храм наполнился молящимися. Литургию совершал протоиерей Сироткин соборне (вместе) с председателем Подольского отделения С. Левкиевским, членами отделения: священниками В. Фрязиновым, Г. Преображенским. В пение Литургии участвовали дети и народ. Молитвы «Блаженства» и «Верую» были пропеты всею церковью. По окончании литургии совершён крестный ход вокруг храма и на могилу строителя школы Ф.И. Соболева, где была отслужена панихида, а потом крестный ход направился в школу. Там был совершён благодарственный молебен, в служении молебна приняли участие: священники К. Зоболотский, законоучитель Поливановской семинарии И. Введенский, А. Уразов, Н. Ильинский и М. Румянцев. Когда по окончании молебна школьное здание было окроплено святою водою, Николай Евграфович прочел историческую записку о Захарьинской школе; в ней ясно на основании фактов и цифровых данных было рассказано о благоустройстве школы: «Создана она откликами добрых людей в ответ на заботы местного священника о просвещении народа и в настоящее время имеет прекрасное, двухэтажное здание, в нижнем этаже помещается богадельня для бедных прихода. 10000 рублей капитала, из них % с которого обеспечиваются не только необходимые школьные нужды, но дается пища и одежда беднейшим ученикам. При школе девочки обучаются рукоделию и собрана для села редкая библиотека (свыше 2000 книг), как для учителей, так и для внеклассного чтения учеников; на протяжение всех 25 лет школа была переполнена учащимися (в текущем году 62 человека), не смотря на соседство в приходе ещё с 2 земскими школами. Наплыв учащихся в последние годы вызвал необходимость назначения сперва помощника учителя, а потом и второй учительницы. Своим внутренним благоустройством школа в значительной системе обязана усердию и опыту О.Н. Сироткиной, трудящейся здесь уже 20 лет». После чтения исторической записки священник Левкиевский от Совета Подольского отделения поднес школе иконы храмовых святых: Знамение Пресвятой Богородицы, св. Николая и св. Иосифа Песнописца и прочел приветственный адрес; в нём, отмечено было то обстоятельство, что Захарьинская школа имела в данной местности центральное значение, и помогала учебниками соседним бедным приходам, начинающим школам и особенно школам грамоты. Член Подольского отделения, священник Лукинского женского монастыря Фрязинов от лица своей школы в сердечных, теплых выражениях приветствовал Захарьинскую школу и раздал потом лично от себя всем детям образочки. Бывший учитель Захарьинской школы, к 1908 году воспитатель 1-й Московской гимназии Н.М. Стогов, приветствовал школу и желал ей успеха в будущем. Церковный староста и представители от прихода выразили свою радость и признательность созидательности Николая Евграфовича Сироткина. А епархиальный наблюдатель А.Д. Италинский, тронутый сердечностью скромного торжества, сказал теплую, ободряющую школьных тружеников речь. Он выразил чувство радости, охватывающей всякого ревнителя народного просвещения, при наблюдение того очевидного факта, что церковная школа, несмотря на скудность средств и другие внешние препятствия растёт и развивается. Отметил он и то единодушие, с которым совершалось данное торжество, имея представителями лиц с разных мест уезда, благодарил заведующего Сироткина и госпожу учительницу; сердечно желал школе дальнейшего успеха и развития и просил принять от него в дар школе несколько весьма интересных и полезных книг. В заключение говорил приветствие член Подольского отделения, заведующий Александровской школой Г. Преображенский, были прочитаны приветствия и телеграммы от разных лиц, не имевших возможности прибыть на торжество. Ко дню юбилея была приурочена раздача свидетельств и похвальных листов окончившим курс в 1907-1908 учебном году; их вручал детям господин епархиальный наблюдатель, а те при получение «недурно сказывали стихи». Торжество окончилось пением гимна «Боже, Царя храни» и молитвой. По окончании торжества, всем собравшимся, здесь же, в школе, предложена была трапеза, во время которой многие из присутствующих обменялись сердечными приветствиями и добрыми пожеланиями; во всех них звучало доброе, единодушное взаимоотношение между скромными тружениками народной школы и искренне пожелание, чтобы школа церковная этот действительный просветитель русского народа, развивалась и процветала во всех отношениях, «побеждала ту тьму, которую навевает в наше время на русский народ злая власть тьмы»80. Под властью тьмы имели ввиду тогда революционные события 1905 года и вообще революционные настроения.

Село Захарьино было тогда самым многочисленным селением прихода. Вторым по размеру селением в приходе была деревня Быковка (сельцо). Ресурсы Городяихской и Захарьинских школ исчерпывали себя из-за многочисленных желающих учиться. Тогда Николай Евграфович в 1892 году обратился с предложением к Быковскому землевладельцу Николаю Ивановичу Бландову открыть при его имении в Быковке земскую школу. Николай Иванович был крупным предпринимателем. Со своим братом он занимался производством молочных и мясных продуктов, которые были знамениты на всю Россию (отборный жирный творог, сметана, кефир, десятки видов сыров, ветчина-рулет, колбасы из лучших сортов мяса). В частности, в Быковке, при его имении был филиал их предприятия – сыроварни, где изготавливался высококачественный сыр, получивший гран-при – золотую медаль на всемирной выставке в Париже 1900 года81. Идею Николая Евграфовича Николай Иванович сразу же поддержал, и спустя год, в 1893 году, в одном из деревянных одноэтажных зданий имения открылась земская школа, учили в ней тогда священник Николай Сироткин и учительница Серафима Петровна Манцова82. Ныне это Быковская средняя школа Стрелковского сельского округа Подольского района Московской области.

Открытие трёх школ (Городяихской, Захарьинской и Быковской) стоили Николаю Евграфовичу многих сил, он писал тогда: «Всё это требовало многих хлопот и больших забот, которые всею своею тяжестью легли на одного меня и Господь помог мне»83.

Николай Евграфович активно боролся за права церковно-приходской школы. Ведь в то время узаконенная церковно-приходская школа считалась нововведением, и не всегда однозначно воспринималась в обществе, которое порой больше склонялось на сторону земской, государственной. Хотя, по сути, церковно-приходская школа также являлась государственной в виду непосредственного подчинения подведомственным учреждениям Синода. Программа, по которой обучали и в церковно-приходских, и в земских школах была одинакова, везде преподавали Закон Божий и начальную грамоту. Единственное, в церковных школах ещё учили церковному пению, а в земских нет. Несмотря на незначительные отличия, общество делилось на сторонников и противников церковно-приходских школ. Простой крестьянский люд полюбил не земскую школу, а церковно-приходскую. Это отмечал и Николай Евграфович: «Крестьяне более лучше отзываются о церковной. Это не самохвальство, помилуй Бог. Причин большего расположения крестьян к церковной школе несколько, но не обо всех сейчас можно говорить, чтобы гусей не дразнить»84. В 1887 году Николай Евграфович был награждён саном протоиерея и назначен благочинным церквей Подольского церковного округа85.

Из многочисленного количества приходов округа в шести не было ни одной школы. Сироткин настаивал на открытии там хотя бы примитивных школ грамот. Но в этих приходах не имелось средств на первоначальное обзаведение учебниками и учебными пособиями. Тогда он решил предоставить в эти приходы старые учебники Захарьинской школы. Всего Сироткиным было передано свыше 500 учебников, что положило начало образованию примитивных школ грамоты в этих приходах при церквях, а именно: в с. Домодедове (в 1888 г.), с. Константинове (в 1888 г.), с. Ерино (в 1888 г.), с. Борисоглебском (в 1889 г.), с. Никитском (в 1889 г.), с. Троицком (в 1897 г.) и с. Жобкинском (в 1907 г.). Из них образовалось в дальнейшем 3 церковно-приходских школы и одна земская. Одна из церковно-приходских школ, образованная в селе Никитском в 1897 году, была устроена местным священником по благословению и разрешению Николая Евграфовича, как благочинного, но без своевременного разрешения вышестоящего начальства, из-за уважительной причины – не успели. В связи с этим по донесению земской управы в полицию на Сироткина и на священника из села Никитского были заведены дела, в результате чего оба были оштрафованы86. Гусей, оказывается, действительно было чем дразнить. Тем не менее, Николай Евграфович продолжал защищать права церковно-приходских школ и доказывать их равноправие с земскими.

В 1885 году, по инициативе Сироткина, Захарьинская церковно-приходская школа вместе с Городяихской земской школой отпраздновали 1000-летний церковно-славянский юбилей в память о славянских первоучителях святых Кирилла и Мефодия. Николай Евграфович писал: «Ученики обеих школ после литургии и молебна в храме и акта в церковной школе, шли по селениям с значками в руках – палочками (в аршин длинною), на которых были прикреплены крупные славянские литеры (тогда особо изданные) и с пением выученного гимна святым первоучителям. Такое общение школ церковной и земской в общем торжестве было очень красиво, приятно и торжественно»87.

До 1888 года не было издано специальных правил для проведения экзаменов среди выпускников церковно-приходских школ, но им было разрешено экзаменоваться вместе с выпускниками земских школ. Так, в 1886 году выпускники Захарьинской церковно-приходской школы вместе с родителями, Н.Е. Сироткиным и учителем Н.М. Стоговым поехали на экзамен в Подольск. Николай Евграфович писал: «Нашим ученикам в отдельной от прочих комнате господин инспектор П. Павлов сам лично дал писать диктант. Всех учеников поставили вокруг небольшого круглого стола так, что писать им было очень тесно, неудобно и тем более стоя, а не сидя. Диктуя, господин инспектор обходил кругом учеников и понукал их писать скорее. После диктовки он просматривал работу учеников и написанное без ошибок оставлял у себя в руках, а с ошибками от 3 до 13, бросал на пол. Учитель наш поднял брошенное. Инспектор объявил, что двух мальчиков и одну девочку, написавших без ошибок, он допустит до экзамена, а остальных не допускает. Экзамены всем школам уезда производились в одном большом зале (присутственном месте), в разных местах пятью комиссиями, вызывали школы к экзамену по списку, а не вызванные школы и ожидающие своей очереди, свободно ходили по среди зала и слушали экзаменующихся. Наши ученики так же подошли к одной экзаменующейся школе и на некотором небольшом расстояние позади её слушали, что и как спрашивают. Тут же было не мало и родителей наших учеников; был отец и нашего ученика М. Шандорина, допущенного до экзамена. После Закона Божьего дают Евангилие для славянского чтения. Ученик читает: «У Отца Моего обители многи суть». Экзаменатор: «Обитель какая часть речи?». Ученик, ошибаясь: «Имя прилагательное». Учитель: «Как? Что? Обитель-то?». Экзаменатор: «Он мальчик и по-своему правильно сказал, обитель мужская – прилагательное, ну а если женская, то другое дело – тогда имя существительное». Экзаменатор был известный остряк и шутник И.А. Дурново. Крестьянин, отец нашего ученика М. Шандорина слышал это и вслух объявил нашему учителю Н.М. Стогову: «Я не желаю, чтобы мой сын экзаменовался, тут кощунствуют над священным писанием, Миша, собирайся домой!». Инспектор, бывший в соседней экзаменационной комиссии, услышав восклицание крестьянина Шандорина, выскочил из-за стола со словами: «Как? Что это? Почему не желаете? Где ваши диктанты? Давайте их мне». Ученики наши заплакали (просто заревели) и объявили о не желании экзаменоваться. Я поддержал их. Диктанты мы не отдали и оставили их у себя на память. Они целы и с подписями инспектора Павлова»88.

В начале мая 1888 года один из инспекторов народного образования, объезжая школы, по ошибке кучера приехал в Захарьинскую церковно-приходскую школу, вместо Городяихской земской. Николай Евграфович в это время находился на уроке Закона Божия и в окно увидел подъехавшую кибитку. Он писал: «Я тотчас же вышел на крыльцо встретить инспектора. На вопрос: тут школа? Я ответил: да, тут, пожалуйте, здесь церковно-приходская школа. Инспектор как бы испугавшись: ах, это не наша, а где же Городяихская школа? Я ответил, что Городяихская школа отсюда четыре версты, прямо по шоссейной дороге. Инспектор: кучер, поворачивай, нам не сюда надо. Я просил инспектора хотя бы только взойти и взглянуть, что в школе более 60 детей, живых людей, а не кукол, что школа не фиктивная (таких разговоров тогда было много). Инспектор не соглашался; кучер поворачивал лошадей. Я попросил остановиться на минутку и заявил, что в Городяихской школе законоучителем состою также я. Инспектор: в таком случае садитесь и поедемте туда. Я взял свою шляпу и мы поехали. Дорогой я убеждал инспектора, что он, как чиновник Министерства народного просвещения, не может считать какую-либо школу не своею, что для него все школы должны быть равными и своими. Он же упрямо и с каким-то пренебрежением твердил своё: церковно-приходские школы не наши»89. Хотя большинство народа желали учиться именно там.

«Одною из главных причин, почему церковная школа во мнении крестьян преимуществует перед земскою, это то, что ученики церковной школы читают и поют в церкви. Но вот есть и странность в сем же отношении с другой стороны, известно, что почти все дворяне – истинные октябристы, а некоторые даже и левее, церковную школу они считают ненормальную, незаконною, поповскою; а между тем один приходской дворянин, неформальный попечитель, но очень большой благотворитель, что было известно и ученикам, лишил земскую школу своих благотворений за непочитательность к нему земских воспитанников (они все заборы его усадьбы исписали неприличиями); да и крестьяне говорят, что в церковной школе построже и ученики её при встречах почтительнее к старшим и вообще скромнее, а в земских ученики повольнее. От чего же было это явление? Нам наставникам, сего не видно, а те и другие ученики кажутся одинаковы, все – дети одного и того же народа и учители земские хорошие; но вот падите же: в моём благочиническом округе 23 земских и 19 церковных школ, а отзыв народа везде одинаков; со стороны виднее»,90 - писал Николай Евграфович.

Помимо всех вышеописанных школ, государственных и общественных учреждений, изданий, где Сироткин был учителем, членом и корреспондентом, Сироткин также состоял с 1878 по 1881 гг. членом правления попечительства о нуждающихся семьях воинов, а с 1880 по 1886 гг. – гласным Подольского земского собрания91.

24 ноября (6 декабря по новому стилю) 1894 г. исполнилось 25 лет со дня начала священнического служения Николая Евграфовича. В Захарьине в честь этого события состоялось торжественное чествование Сироткина. Шесть священников из соседних приходов отслужили божественную литургию и общую молитву о здравие Николая Евграфовича в Знаменском храме и преподнесли ему икону Спасителя в дорогой серебряно-вызолочённой ризе. После чего совершенно неожиданно для Николая Евграфовича его поздравили и прихожане. Крестьяне преподнесли икону святого Николая Чудотворца в дорогой серебряно-вызолочённой ризе, местные землевладельцы купцы отец и братья Захаровы дорогой складень с ликами храмовой иконы Знамение и соимённых святых Сироткина и его супруги, купец Пацыков хорошую шелковую материю на рясу, псаломщик молитвослов в хорошем переплёте, многие преподнесли большие просфоры за его здоровье. Сироткин так растерялся от такой неожиданности в выражениях любви и уважения от прихожан и почитателей, что сквозь слёзы мог только проговорить: «Благодарю, я этого не ожидал и не знаю, за что же это и чем могу отблагодарить?»92.

В сентябре 1897 года Николай Евграфович Сироткин выпустил первую книгу «Для руководства священно – церковно – служителей практические указания или табель когда, о чём и на каком основании должны быть представляемы церковными причтами разные сведения, донесения, отчёты, денежные взносы и сборы». Эта книга была выпущена в год 10-летия его служения в должности благочинного церквей Подольского уезда и представляла собой сборник всех указов Московской духовной консистории, предназначенных для приходского духовенства с различными комментариями и руководством. Книга пользовалась большим спросом, так как в таком пособии давно нуждалось всё приходское духовенство Московской губернии. Продавалась она в конторе Московского епархиального свечного завода93. Ныне сохранилась в единственных экземплярах в Государственной библиотеке России и Государственной публичной исторической библиотеке и ввиду особой редкости даже сканировалась для библиотеки Президента России.

В сентябре 1908 года им была выпущена вторая книга «К 25-летию церковно-приходской школы в селе Захарьине, Подольского уезда 1883-1908 гг.», посвящённая истории открытия и работе школы, а также развитию грамотности в приходе.

В сентябре 1909 года Сироткиным была выпущена третья книга «Село Захарьино-Знаменское Подольского уезда Московской губернии. Краткое историческое описание». Книга эта является ценнейшим историко-краеведческим трудом по истории села Захарьино, Знаменского храма и всего Подольского уезда. На основании фотографий, размещённых в этом издании, в 1990-е гг. восстанавливался Знаменский храм. Сведения, содержащиеся в книги, дают ценнейшую информацию о жизни людей в конце XIX – начале XX в. Эта книга содержит многие статистические, фенологические и метеорологические наблюдения. Книга является одним из итогов многолетней научной и подвижнической деятельности Николая Евграфовича. Изначально её историко-краеведческая часть была написана в конце XIX века и Николай Евграфович даже не собирался её издавать. Однако многие, кто знакомился с рукописью, уговаривали Сироткина отдать её в печать. А он в свою очередь скромничал: «А кто же её возьмёт, да и к чему это? Это интересно только нам – местным жителям»94.

Историко-краеведческие исследования Николая Евграфовича велись на основе достоверных источников, в частности Знаменский храм владел тогда уникальным архивом, в котором содержались документы вплоть до XVII века (сегодня судьба этого архива неизвестна, вероятнее всего он сгорел в одном из домов с. Захарьина в середине 1990-х гг., где, по некоторым сведениям, находился после закрытия церкви в 1940 г.). О достоверности своих работ Николай Евграфович писал: «За точность всех сведений я ручаюсь и ответствую»95. Статистическая сторона исследований собственноручно проводилась Сироткиным. Он ходил в каждый дом прихода, чтобы опрашивать народ96. Благодаря этим исследованиям на примере Захарьинского прихода – единственного в Подольском уезде, где они проводились, сегодня мы можем судить о количестве работавшего в то время народа, о профессиях людей того времени, о развитии грамотности в XVIII – начале XX вв.

Сироткин очень большое внимание уделял писательской деятельности, ему очень нравилось печататься. Так, например, одно время он предполагал стать корреспондентом «Церковного Общественного вестника и сделать там карьеру97. Но при этом всегда оставался скромным и просил снисхождения к его, как он говорил «далеко несовершенным трудам»98.

Много лет Сироткин так же занимался и коллекционированием монет. Его нумизматическая коллекция была одной из самых ценных в Российской империи. В частности, в ней находилась одна золотая монета, которая в России была всего в двух экземплярах у Николая Евграфовича и брата императора99.

1   2   3   4

Поиск по сайту:



База данных защищена авторским правом ©dogend.ru 2014
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Уроки, справочники, рефераты