Домой

Шерлока Холмса" #1) Arthur Conan Doyle. Silver Blaze ("




НазваниеШерлока Холмса" #1) Arthur Conan Doyle. Silver Blaze ("
страница9/20
Дата20.02.2013
Размер2.68 Mb.
ТипДокументы
Подобные работы:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   20

разберемся в деле уже на месте.

Мы прибыли в Харлстон в тот же день. Вам, наверно, случалось, Уотсон,

видеть изображение этого знаменитого древнего замка или читать его

описания, поэтому я скажу лишь, что он имеет форму буквы "L", причем

длинное крыло его является более современным, а короткое - более древним,

так сказать, зародышем, из которого и выросло все остальное. Над низкой

массивной дверью в центре старинной части высечена дата "1607", но знатоки

единодушно утверждают, что деревянные балки и каменная кладка значительно

старше. В прошлом веке чудовищно толстые стены и крошечные окна этой части

здания побудили наконец владельцев выстроить новое крыло, и старое теперь

служит лишь кладовой и погребом, а то и вовсе пустует. Вокруг здания

великолепный парк с прекрасными старыми деревьями. Озеро же или пруд, о

котором упоминал мой клиент, находится в конце аллеи, в двухстах ярдах от

дома.

К этому времени у меня уже сложилось твердое убеждение, Уотсон, что

тут не было трех отдельных загадок, а была только одна и что если бы мне

удалось вникнуть в смысл обряда Месгрейвов, это дало бы мне ключ к тайне

исчезновения обоих - и дворецкого Брайтона, и горничной Хауэлз. На это я и

направил все силы своего ума. Почему Брайтон так стремился проникнуть в

суть этой старинной формулы? Очевидно, потому, что он увидел в ней нечто

ускользнувшее от внимания всех поколений родовитых владельцев замка -

нечто такое, из чего он надеялся извлечь какую-то личную выгоду. Что же

это было, и как это могло отразиться на дальнейшей судьбе дворецкого?

Когда я прочитал бумагу, мне стало совершенно ясно, что все цифры

относятся к какому-то определенному месту, где спрятано то, о чем

говорится в первой части документа, и что если бы мы нашли это место, мы

оказались бы на верном пути к раскрытию тайны - той самой тайны, которую

предки Месгрейвов сочли нужным облечь в столь своеобразную форму. Для

начала поисков нам даны были два ориентира: дуб и вяз. Что касается дуба,

то тут не могло быль никаких сомнений. Прямо перед домом, слева от дороги,

стоял дуб, дуб-патриарх, одно из великолепнейших деревьев, какие мне

когда-либо приходилось видеть.

- Он уже существовал, когда был записан ваш "обряд"? - спросил я у

Месгрейва.

- По всей вероятности, этот дуб стоял здесь еще во времена завоевания

Англии норманнами, - ответил он. - Он имеет двадцать три фута в обхвате.

Таким образом, один из нужных мне пунктов был выяснен.

- Есть у вас здесь старые вязы? - спросил я.

- Был один очень старый, недалеко отсюда, но десять лет назад в него

ударила молния, и пришлось срубить его под корень.

- Но вы знаете то место, где он рос прежде?

- Ну, конечно, знаю.

- А других вязов поблизости нет?

- Старых нет, а молодых очень много.

- Мне бы хотелось взглянуть, где он рос.

Мы приехали в двуколке, и мой клиент сразу, не заходя в дом, повез

меня к тому месту на лужайке, где когда-то рос вяз. Это было почти на

полпути между дубом и домом.

Пока что мои поиски шли успешно.

- По всей вероятности, сейчас уже невозможно определись высоту этого

вяза? - спросил я.

- Могу вам ответить сию же минуту: в нем было шестьдесят четыре фута.

- Как вам удалось узнать это? - воскликнул я с удивлением.

- Когда мой домашний учитель задавал мне задачи по тригонометрии, они

всегда были построены на измерениях высоты. Поэтому я еще мальчиком

измерил каждое дерево и каждое строение в нашем поместье.

Вот это была неожиданная удача! Нужные мне сведения пришли ко мне

быстрее, чем я мог рассчитывать.

- А скажите, пожалуйста, ваш дворецкий никогда не задавал вам такого

же вопроса? - спросил я.

Реджинальд Месгрейв взглянул на меня с большим удивлением.

- Теперь я припоминаю, - сказал он, - что несколько месяцев назад

Брайтон действительно спрашивал меня о высоте этого дерева. Кажется, у

него вышел какой-то спор с грумом.

Это было превосходное известие, Уотсон. Значит, я был на верном пути.

Я взглянул на солнце. Оно уже заходило, и я рассчитал, что меньше чем

через час оно окажется как раз над ветвями старого дуба. Итак, одно

условие, упомянутое в документе, будет выполнено. Что касается тени от

вяза, то речь шла, очевидно, о самой дальней ее точке - в противном случае

указателем направления избрали бы не тень, а ствол. И, следовательно,

теперь мне нужно было определить, куда падал конец тени от вяза в тот

момент, когда солнце оказывалось прямо над дубом...

- Это, как видно, было нелегким делом, Холмс? Ведь вяза-то уже не

существовало.

- Конечно. Но я знал, что если Брайтон мог это сделать, то смогу и я.

А кроме того, это было не так уж трудно. Я пошел вместе с Месгрейвом в его

кабинет и вырезал себе вот этот колышек, к которому привязал длинную

веревку сделав не ней узелки, отмечающие каждый ярд. Затем я связал вместе

два удилища, что дало мне шесть футов, и мы с моим клиентом отправились

обратно к тому месту, где когда-то рос вяз. Солнце как раз касалось в эту

минуту вершины дуба. Я воткнул свой шест в землю, отметил направление тени

и измерил ее. В ней было девять футов.

Дальнейшие мои вычисления были совсем уж несложны. Если палка высотой

в шесть футов отбрасывает тень в девять футов, то дерево высотой в

шестьдесят четыре фута отбросит тень в девяносто шесть футов, и

направление той и другой, разумеется, будет совпадать. Я отмерил это

расстояние. Оно привело меня почти к самой стене дома, и я воткнул там

колышек. Вообразите мое торжество, Уотсон, когда в двух дюймах от колышка

я увидел в земле конусообразное углубление! Я понял, что это была

отметина, сделанная Брайтоном при его измерении, и что я продолжаю идти по

его следам.

От этой исходной точки я начал отсчитывать шаги, предварительно

определив с помощью карманного компаса, где север, где юг. Десять шагов и

еще десять шагов (очевидно имелось в виду, что каждая нога делает

поочередно по десять шагов) в северном направлении повели меня параллельно

стене дома, и, отсчитав их, я снова отметил место своим колышком. Затем я

тщательно отсчитал пять и пять шагов на восток, потом два и два - к югу, и

они привели меня к самому порогу старой двери. Оставалось сделать один и

один шаг на запад, но тогда мне пришлось бы пройти эти шаги по выложенному

каменными плитами коридору. Неужто это и было место, указанное в

документе?

Никогда в жизни я не испытывал такого горького разочарования, Уотсон.

На минуту мне показалось, что в мои вычисления вкралась какая-то

существенная ошибка. Заходящее солнце ярко освещало своими лучами пол

коридора, и я видел, что эти старые, избитые серые плиты были плотно

спаяны цементом и, уж конечно, не сдвигались с места в течение многих и

многих лет. Нет, Брайтон не прикасался к ним, это было ясно. Я постучал по

полу в нескольких местах, но звук получался одинаковый повсюду, и не было

никаких признаков трещины или щели. К счастью, Месгрейв, который начал

вникать в смысл моих действий и был теперь не менее взволнован, чем я,

вынул документ, чтобы проверить мои расчеты

- И вниз! - вскричал он. - Вы забыли об этих словах: "и вниз".

Я думал, это означало, что в указанном месте надо будет копать землю,

но теперь мне сразу стало ясно, что я ошибся.

- Так, значит, у вас внизу есть подвал? - воскликнул я.

- Да, и он ровесник этому дому. Скорее вниз, через эту дверь!

По винтовой каменной лестнице мы спустились вниз, и мой спутник,

чиркнув спичкой, зажег большой фонарь, стоявший на бочке в углу. В то же

мгновение мы убедились, что попали туда, куда нужно, и что кто-то недавно

побывал здесь до нас.

В этом подвале хранились дрова, но поленья, которые, как видно,

покрывали прежде весь пол, теперь были отодвинуты к стенкам, освободив

пространство посередине. Здесь лежала широкая и тяжелая каменная плита с

заржавленным железным кольцом в центре, а к кольцу был привязан плотный

клетчатый шарф.

- Черт возьми, это шарф Брайтона! - вскричал Месгрейв. - Я не раз

видел этот шарф у него шее. Но что он мог здесь делать, этот негодяй?

По моей просьбе были вызваны два местных полисмена, и в их

присутствии я сделал попытку приподнять плиту, ухватившись за шарф. Однако

я лишь слегка пошевелил ее, и только с помощью одного из констеблей мне

удалось немного сдвинуть ее в сторону. Под плитой была черная яма, и все

мы заглянули в нее. Месгрейв, стоя на коленях, опустил свой фонарь вниз.

Мы увидели узкую квадратную каморку глубиной около семи футов,

шириной и длиной около четырех. У стены стоял низкий, окованный медью

деревянный сундук с откинутой крышкой; в замочной скважине торчал вот этот

самый ключ - забавный и старомодный. Снаружи сундук был покрыт толстым

слоем пыли. Сырость и черви до того изъели дерево, что оно поросло

плесенью даже изнутри. Несколько металлических кружков, таких же, какие вы

видите здесь, - должно быть, старинные монеты - валялись на дне. Больше в

нем ничего не было.

Однако в первую минуту мы не смотрели на старый сундук - глаза наши

были прикованы к тому, что находилось рядом. Какой-то мужчина в черном

костюме сидел на корточках, опустив голову на край сундука и обхватив его

обеими руками. Лицо этого человека посинело и было искажено до

неузнаваемости, но, когда мы приподняли его, Реджинальд Месгрейв по росту,

одежде и волосам сразу узнал в нем своего пропавшего дворецкого. Брайтон

умер уже несколько дней назад, но на теле у него не было ни ран, ни

кровоподтеков, которые могли бы объяснить его страшный конец. И когда мы

вытащили труп из подвала, то оказались перед загадкой, пожалуй, не менее

головоломной, чем та, которую мы только что разрешили...

Признаюсь, Уотсон, пока что я был обескуражен результатами своих

поисков. Я предполагал, что стоит мне найти место, указанное в древнем

документе, как все станет ясно само собой, но вот я стоял здесь, на этом

месте, и разгадка тайны, так тщательно скрываемой семейством Месгрейвов

была, по-видимому, столь же далека от меня, как и раньше. Правда, я пролил

свет на участь Брайтона, но теперь мне предстояло еще выяснить, каким

образом постигла его эта участь и какую роль сыграла во всем этом

исчезнувшая женщина. Я присел на бочонок в углу и стал еще раз перебирать

в уме все подробности случившегося...

Вы знаете мой метод в подобных случаях, Уотсон: я ставлю себя на

место действующего лица и, прежде всего уяснив для себя его умственный

уровень, пытаюсь вообразить, как бы я сам поступил при аналогичных

обстоятельствах. В этом случае дело упрощалось: Брайтон был человек

незаурядного ума, так что мне не приходилось принимать в расчет разницу

между уровнем его и моего мышления. Брайтон знал, что где-то было спрятано

нечто ценное. Он определил это место. Он убедился, что камень, закрывающий

вход в подземелье, слишком тяжел для одного человека. Что он сделал потом?

Он не мог прибегнуть к помощи людей посторонних. Ведь даже если бы нашелся

человек, которому он мог бы довериться, пришлось бы отпирать ему наружные

двери, а это было сопряжено со значительным риском. Удобнее было бы найти

помощника внутри дома. Но к кому мог обратиться Брайтон? Та девушка была

когда-то преданна ему. Мужчина, как бы скверно не поступил он с женщиной

никогда не верит, что ее любовь окончательно потеряна для него. Очевидно,

оказывая Рэчел мелкие знаки внимания Брайтон попытался помириться с ней, а

потом уговорил ее сделаться его сообщницей. Ночью они вместе спустились в

подвал, и объединенными усилиями им удалось сдвинуть камень. До этой

минуты их действия были мне так ясны, как будто я наблюдал их собственными

глазами.

Но и для двух человек, особенно если один из них женщина, вероятно,

это была нелегкая работа. Даже нам - мне и здоровенному полисмену из

Суссекса - стоило немалых трудов сдвинуть эту плиту. Что же они сделали,

чтобы облегчить свою задачу? Да, по-видимому, то же, что сделал бы и я на

их месте. Тут я встал, внимательно осмотрел валявшиеся на полу дрова и

почти сейчас же нашел то, что ожидал найти. Одно полено длиной около трех

футов было обломано на конце, а несколько других сплющены: видимо, они

испытали на себе действие значительной тяжести. Должно быть, приподнимая

плиту, Брайтон и его помощница вводили эти поленья в щель, пока отверстие

не расширилось настолько, что в него уже можно было проникнуть, а потом

подперли плиту еще одним поленом, поставив его вертикально, так что оно

вполне могло обломаться на нижнем конце - ведь плита давила на него всем

своим весом. Пока что все мои предположения были как будто вполне

обоснованы.

Как же должен был я рассуждать дальше, чтобы полностью восстановить

картину ночной драмы? Ясно, что в яму мог забраться только один человек,

и, конечно, это был Брайтон. Девушка, должно быть, ждала наверху. Брайтон

отпер сундук и передал ей его содержимое (это было очевидно, так как ящик

оказался пустым), а потом... что же произошло потом?

Быть может, жажда мести, тлевшая в душе этой пылкой женщины,

разгорелась ярким пламенем, когда она увидела, что ее обидчик - а обида,

возможно, была гораздо сильнее, чем мы могли подозревать, - находится

теперь в ее власти. Случайно ли упало полено и каменная плита замуровала

Брайтона в этом каменном гробу? Если так, Рэчел виновна лишь в том, что

умолчала о случившемся. Или она намеренно вышибла подпорку, и сама

захлопнула ловушку? Так или иначе, но я словно видел перед собой эту

женщину: прижимая к груди найденное сокровище, она летела вверх по

ступенькам винтовой лестницы, убегая от настигавших ее заглушенных стонов

и отчаянного стука в каменную плиту, под которой задыхался ее неверный

возлюбленный.

Вот в чем была разгадка ее бледности, ее возбуждения, приступов

истерического смеха на следующее утро. Но что же все-таки было в сундуке?

Что сделала девушка с его содержимым? Несомненно, это были те самые

обломки старого металла и осколки камней, которые она при первой же

возможности бросила в пруд, чтобы скрыть следы своего преступления...

Минут двадцать я сидел неподвижно, в глубоком раздумье. Мейсгрейв,

очень бледный, все еще стоял, раскачивая фонарь, и глядел вниз, в яму.

- Это монеты Карла Первого[2], - сказал он, протягивая мне несколько

кружочков, вынутых из сундука. - Видите, мы правильно определили время

возникновения нашего "обряда".

- Пожалуй, мы найдем еще кое-что, оставшееся от Карла Первого! -

вскричал я, вспомнив вдруг первые два вопроса документа. - Покажите-ка мне

содержимое мешка, который вам удалось выудить в пруду.

Мы поднялись в кабинет Месгрейва, и он разложил передо мной обломки.

Взглянув на них, я понял, почему Месгрейв не придал им никакого значения:

металл был почти черен, а камешки бесцветны и тусклы. Но я потер один из

них о рукав, и он засверкал, как искра, у меня на ладони. Металлические

части имели вид двойного обруча, но они были погнуты, перекручены и почти

потеряли свою первоначальную форму.

- Вы, конечно, помните, - сказал я Месгрейву, - что партия короля

главенствовала в Англии даже и после его смерти. Очень может быть, что

перед тем, как бежать, ее члены спрятали где-нибудь самые ценные вещи,

намереваясь вернуться за ними в более спокойные времена.

- Мой предок, сэр Ральф Месгрейв, занимал видное положение при дворе

и был правой рукой Карла Второго[3] во время его скитаний.

- Ах, вот что! - ответил я. - Прекрасно. Это дает нам последнее,

недостающее звено. Поздравляю вас, Месгрейв! Вы стали обладателем -

правда, при весьма трагических обстоятельствах - одной реликвии, которая

представляет собой огромную ценность и сама по себе и как историческая

редкость.

- Что же это такое? - спросил он, страшно взволнованный.

- Не более не менее, как древняя корона английских королей.

- Корона?!

- Да, корона. Вспомните, что говорится в документе: "Кому это

принадлежит?" "Тому, кто ушел". Это было написано после казни Карла

Первого. "Кому это будет принадлежать?" "Тому, кто придет". Речь шла о

Карле Втором, чье восшествие на престол уже предвиделось в то время. Итак,

вне всяких сомнений, эта измятая и бесформенная диадема венчала головы

королей из династии Стюартов.

- Но как же она попала в пруд?

- А вот на этот вопрос не ответишь в одну минуту.

И я последовательно изложил Месгрейву весь ход моих предположений и

доказательств. Сумерки сгустились, и луна уже ярко сияла в небе, когда я

кончил свой рассказ.

- Но интересно почему же Карл Второй не получил обратно свою корону,

когда вернулся? - спросил Месгрейв, снова засовывая в полотняный мешок

свою реликвию.

- О, тут вы поднимаете вопрос, который мы с вами вряд ли сможем

когда-либо разрешить. Должно быть, тот Месгрейв, который был посвящен в

тайну, оставил перед смертью своему преемнику этот документ в качестве

руководства, но совершил ошибку, не объяснив ему его смысла. И с этого дня

вплоть до нашего времени документ переходил от отца к сыну, пока наконец

не попал в руки человека, который сумел вырвать его тайну, но поплатился

за это жизнью...

Такова история "Обряда дома Месгрейвов", Уотсон. Корона и сейчас

находится в Харлстоне, хотя владельцам замка пришлось немало похлопотать и

заплатить порядочную сумму денег, пока они не получили официального

разрешения оставить ее у себя. Если вам вздумается взглянуть на нее, они,

конечно, с удовольствием ее покажут стоит вам только назвать мое имя.

Что касается той женщины, она бесследно исчезла. По всей вероятности,

она покинула Англию и унесла в заморские края память о своем преступлении.


Перевод Д. Лифшиц


Примечания


1. V. R. - Victoria Regina - королева Виктория (лат.).


2. Карл I (1600-1649) - английский король (1625-1649). Казнен 30

января. 1649 года во время Английской буржуазной революции.


3. Карл II (1630-1685) - английский король (1660-1685), сын Карла 1.


__________________________________________________________________________


Отсканировано с книги: Артур Конан Дойл. "Записки о Шерлоке Холмсе",

Москва, издательство "Правда", 1983 г.


Дата последней редакции: 24.06.1998

Артур Конан Дойл. Рейгетские сквайры


--------------------

Артур Конан Дойл. Рейгетские сквайры

("Архив Шерлока Холмса" #6)

Arthur Conan Doyle. The Reigate Puzzle

("Memoirs of Sherlock Holmes" #6)

Перевод Т. Рузской

____________________________________

Из библиотеки Олега Аристова

http://www.chat.ru/~ellib/

--------------------


В то время мой друг Шерлок Холмс еще не оправился после нервного

переутомления, полученного в результате крайне напряженной работы весной

тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года. Нашумевшая история с

Нидерландско-Суматрской компанией и грандиозным мошенничеством барона

Мопэртуиса слишком свежа в памяти публики и слишком тесно связана с

политикой и финансами, чтобы о ней можно было рассказать в этих записках.

Однако косвенным путем она явилась причиной одного редкостного и

головоломного дела, которое дало возможность моему другу

продемонстрировать еще одно оружие среди множества других, служивших ему в

его нескончаемой войне с преступлениями.

Четырнадцатого апреля, как помечено в моих записях, я получил

телеграмму из Лиона с известием о том, что Холмс лежит больной в отеле

Люлонж. Не прошло и суток, как я уже был у него в номере и с облегчением

убедился, что ничего страшного ему не грозит. Однако тянувшееся больше
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   20

Поиск по сайту:



База данных защищена авторским правом ©dogend.ru 2014
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Уроки, справочники, рефераты