Домой

Ее место в художественной литературе




Скачать 238.7 Kb.
НазваниеЕе место в художественной литературе
Дата06.02.2013
Размер238.7 Kb.
ТипКнига
Содержание
Библейские образы на страницах
Священное предание
Общечеловеческое и нравственное значение Библии
4. Взгляд летописца на волхование и чародейство
Библейские мотивы и образы
Трагическая судьба сына Ольги, Святослава
Жизнь князя Владимира в «Повести временных лет»
Список использованной литературы
Подобные работы:




Вступление

БИБЛИЯ.

ЕЕ МЕСТО В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ


Книга книг… Так говорят о Библии, тем самым обозначая с предельной краткостью ее место в человеческой культуре.

Это книга - Книга судеб, хранящая тайны жизни и предначертания будущего.

Это - Священное Писание, которое все христиане воспринимают как внушенное самим Богом.

И это, наконец, - сокровищница мудрости для всех мыслящих людей Земли, каковы бы ни были их верования.

Библия вызвала к жизни бесчисленное множество других книг, где живут ее идеи и образы: переводов, переложений, произведений словесного искусства, толкований, исследований.

Вся русская литература – от древности до современности – связана с Книгой книг, опирается на ее истины и заветы, нравственные и художественные ценности, соотносит с нею свои идеалы, приводит ее изречения, притчи, легенды.

Еще в Древней Руси Библия вошла в народное сознание, в повседневный быт и духовное бытие, в обыденную и высокую речь; она не воспринималась как переводная, но как родная и умеющая роднить людей всех языков.

На Русскую землю Библия пришла вместе с христианством, первоначально в виде сборников книг из Ветхого и Нового Завета.

Прежде всего, чувство потрясения, вызванное приходом христианства и Библии на Русскую землю, донесла до нас «Повесть временных лет» (около 1113 г.). Когда князь Владимир стал собирать детей, чтобы отдать их «в учение книжное», матери, еще не утвердившиеся в вере, «плакали о них, как о мертвых». Но летописец – инок Киево-Печерского монастыря Нестор – передает нам и безмерную радость, сопровождавшую вхождение Руси в сообщество христианских народов: «И рады были славяне, что услышали о величии Божием на своем языке».

Каковы же связи повествования летописца с Библией, которые остаются важнейшими и по сей день?


^ БИБЛЕЙСКИЕ ОБРАЗЫ НА СТРАНИЦАХ

«ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ»


  1. Смысл и значение библейских сказаний книги Бытия

в «Повести временных лет»


Начинается повествование Нестора-летописца с библейских времен, но не от сотворения мира, а с разделения земли между сыновьями Ноя. «Сим же, Хам и Иафет разделили землю, бросив жребий, и порешили не вступать никому в долю брата, и жили каждый в своей части. И был единый народ…» Это библейское событие связывается с современной летописцу жизнью. Возможно с ним, по мысли Нестора, перекликаются события, о которых рассказывается в летописи под 1097 годом, когда собрались русские князья на совет в Любече для установления мира и говорили друг другу: «Зачем губим русскую землю сами, между собой устраивая распри?.. Да отныне объединимся единым сердцем и будем блюсти русскую землю, и пусть каждый владеет отчиной своей».

Дальнейшие события летописи Нестора развиваются между двумя братскими соглашениями, попытками установления любви и мира и нарушении этого согласия. Может, поэтому избрал Нестор эти события началом и завершением повествования, что считал братскую любовь, мир и согласие главными в отношениях между людьми и основой политики. И сожалел о том, что нарушается этот братский союз.

Далее, вслед за подробным перечислением стран и народов древнего мира, летописец переходит к рассказу о том, как, после столпотворения Вавилонского, Бог разделил все народы на 72 языка и как племя Иафетово заняло запад, а потом и северные страны; от этого племени производит он и славян, а затем уже переходит к описанию их жизни на берегах Дуная. «От этих же семидесяти и двух язык произошел и народ славянский, от племени Иафета…»

  1. ^ Священное предание

о путешествии апостола Андрея Первозванного

на Русь


В «Повести временных лет» также немалую роль играет Священное предание. В начале своего повествования летописец обращается к рассказу о путешествии апостола Андрея Первозванного по пути из Варяг в Греки. Проповедуя в Синопе и придя в Корсунь (Херсонес), Андрей, узнав, что близ Корсуня находится устье Днепра, захотел Днепром пойти в Рим. Поднимаясь вверх по реке, он остановился под горами на том месте, где позднее основан был Киев, и сказал ученикам своим, что на этих горах воссияет благодать Божия, будет создан большой город со многими церквами, а потом, благословив горы и водрузив на них крест, апостол продолжал свой путь вверх по Днепру.

Обращаясь к этому преданию, летописец словно хочет связать библейскую историю с историей родной земли. Ведь Апостол Андрей – один из почитаемых святых, ближайших ученик самого Христа, а значит, если он был на Руси и благословил русскую землю, то эта земля священна и благодатна.



  1. ^ Общечеловеческое и нравственное значение Библии

в структуре «Повести временных лет»


Затем летописец в свое повествование вводит рассказ о деятельности святых Кирилла и Мефодия, которые перевели на славянский язык Евангелие, Деяния апостолов, а также множество богослужебных книг, в том числе Псалтирь и Октоих.

Стержнем его рассказа о создателях славянской азбуки и о переводе священных книг на славянский язык является, прежде всего, такое высказывание, которое он вкладывает в уста папы римского (во что, конечно, очень сложно поверить, зная, что православная и католическая церкви враждуют испокон веков): «Пусть все народы восхвалят величие Божие, поскольку Дух Святой дал им говорить… Если же кто бранит славянскую грамоту, да будет отлучен от церкви, пока не исправится; это волки, а не овцы, их следует узнавать по поступкам и беречься их». В этих словах летописца содержится намек на слова Христа, сказанные им в Евангелии: «Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные; по плодам их узнаете их» (Мф. 7, 15)

«К моравам же ходил и апостол Павел и учил там; там же находится и Иллирия, до которой доходил апостол Павел и где первоначально жили славяне». Говоря о проповедях апостола Павла в славянских краях, автор летописи высказывает такую мысль, что «учитель славян – апостол Павел, из тех же славян, что и мы, Русь; поэтому и нам, Руси, учитель Павел, так как учил славянский народ…»

Таким образом, мы можем сделать вывод, что «Повесть временных лет», обращаясь к Библии, расширяет масштабы своего повествования, соединяет родную землю со всей землей, включает национальное во всечеловеческое.

Летописец не раз в своем повествовании произносит проповедь – призыв к любви, миру и согласию, обращается к Новому Завету, из него приводит примеры, призывает людей ему следовать. «Не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит?.. В любви ведь все совершается. Любви ради грехи исчезают. Любви ради и Господь сошел на землю, и распял себя за нас, грешных; взяв грехи наши, пригвоздил себя к кресту, дав нам крест свой, чтобы отгонять им ненависть бесовскую. Любви ради мученики проливали кровь свою…»


^ 4. Взгляд летописца на волхование и чародейство

в связи с пророчеством гибели князя Олега,

прозванного Вещим, от своего коня


Летописец обращается к общеизвестной легенде о смерти Олега от своего коня. Но он повторяет эту легенду не потому, что лишь следует исторической правде, а потому что у него на все случаи существует христианский взгляд, христианская точка зрения, которую он жаждет высказать. Как можно заметить, он не просто рассказывает своему читателю о «делах давно минувших дней» и о «преданьях старины глубокой», а комментирует каждое событие, каждую веху в истории своей родной страны. И эти его комментарии основаны, прежде всего, на библейском материале.

По поводу сбывшегося пророчества Олеговой смерти он говорит: «Неудивительно, что от волхования сбывается чародейство». Ведь и бесы творят чудеса, а не только Бог - считает летописец. По его мнению, неправедные люди тоже могут пророчествовать. В качестве примера он опять вспоминает некоторых библейских персонажей: «Бывает же, что некоторые и именем Господа пророчествуют, как Валаам, и Саул, и Каиафа, и бесов даже изгоняют, как Иуда и сыны Скевавели. Потому что и на недостойных многократно действует благодать, как многие свидетельствуют: ибо Валаам всего был чужд - и праведного жития и веры, но тем не менее явилась в нем благодать для убеждения других. И Фараон такой же был, но и ему было раскрыто будущее. И Навуходоносор был законопреступен, но и ему также было открыто будущее многих поколений, тем свидетельствуя, что многие, имеющие превратные понятия, еще до пришествия Христа творят знамения не по собственной воле на прельщение людей, не знающих доброго. Таков был и Симон Волхв, и Менандр, и другие такие же, из-за которых и было по истине сказано: "Не чудесами прельщать...". Чудесами прельщает человека, как считает летописец, дьявол. Бог дает лишь веру, которую нужно иметь, прежде всего, для совершения добрых дел.

Князь Олег христианской веры не имел, ведь он был еще язычником, а значит – ему легко было попасть в сети дьявола. Вот что хочет сказать как бы между строчек своего повествования летописец, у которого на все случаи существует христианская точка зрения.


  1. ^ Библейские мотивы и образы

в жизнеописании княгини Ольги


Несмотря на большое разнообразие тем, событий, жанров у летописца «Повести» есть определенная цель – рассказать об истории Руси как пути от тьмы к свету – от язычества к христианству. На исторические события он смотрит с точки зрения христианской морали, видит в истории и в делах людей борьбу двух начал – света и тьмы, Бога и дьявола. «Наводит Бог в гневе иноплеменников на землю, и только в горе люди вспоминают о Боге; междоусобная война бывает от дьявольского соблазна. Бог ведь не хочет зла людям, но блага, а дьявол радуется злому убийству и кровопролитию, разжигая ссоры, зависть, братоненавидение, клевету».

Подобно законам движения истории, от тьмы к свету складывается и жизнь человека. Летописец описывает жестокую месть княгини-язычницы Ольги древлянам за убийство ее горячо любимого мужа, князя Игоря. Но Таинство Крещения, которое она приняла одной из первых на Руси, преобразило темную язычницу. Воды Крещения омыли ее языческий грех. Благодаря Крещению прошла Ольга путь от языческой тьмы к свету христианской жизни, от греха к искуплению.

На страницах, посвященных описанию крещения Ольги, летописец иносказательно сравнивает ее с Божией Матерью, матерью Христа. В евангельском повествовании ангел Гавриил, явившись Богородице Марии, чтобы возвестить ей о скором рождении младенца Иисуса, сказал: «радуйся, благодатная! Господь с тобою; благословенна ты между женами». А в «Повести временных лет» патриарх, после того как совершил крещение Ольги, сказал: «Благословенна ты в женах русских, так как возлюбила свет и оставила тьму. Благословят тебя русские потомки в грядущих поколениях твоих внуков». То есть летописец опять проводит такую аналогию: как мать Христа является матерью всего рода человеческого, так и княгиня Ольга, приняв крещение, станет матерью рода русского. Ведь после ее крещения появились на Руси первые христиане.

И, отпуская княгиню на родную землю, патриарх ей вослед произносит следующие слова, словно заключив в них всю библейскую историю: «В Христа ты крестилась, в Христа облеклась, и Христос сохранит тебя, как сохранил Еноха в древнейшие времена, а затем Ноя в ковчеге, Авраама от Авимелеха, Лота от содомлян, Моисея от фараона, Давида от Саула, трех отроков в печи, Даниила от зверей, - так и тебя избавит Он от диавола и от сетей его». Здесь сделаем необходимые пояснения. Патриарх в данном случае перечисляет героев Ветхого Завета, которые, как говорит Библия, были избранниками Божьими и которых в свое время Бог спас от неминуемой смерти.

Енох, по библейскому преданию, был одним из благочестивейших патриархов допотопного мира. Сведения о нем в Библии крайне скупы. В книге бытия дважды лишь говорится, что он «ходил пред Богом» (Быт. 5: 22, 24) и что «всех же дней Еноха было триста шестьдесят пять лет» (Быт. 5: 23), когда «Бог взял его», (Быт. 5: 24), то есть, как позднее комментирует апостол Павел в одном из своих посланий, переселил его в жилище блаженства, так как он не видел смерти. Древние иудеи и некоторые арабские писатели считали Еноха, к которому прилагали эпитет ученого, изобретателем письменности, арифметики и астрономии.

Ной, о котором не единожды упоминает летописец на страницах своего повествования, был спасен Богом вместе со своею семьей от великого потопа, повелев ему построить ковчег. «И сказал Господь Ною: войди ты и все семейство твое в ковчег: ибо тебя увидел я праведным предо Мною в роде сем… ибо чрез семь дней, Я буду изливать дождь на землю сорок дней и сорок ночей; и истреблю все существующее, что Я создал с лица земли» (Быт. 7: 1, 4). После потопа Ной также является на страницах священной истории, как великое звено, соединяющее древний мир с новым. Позже апостол Петр называет его проповедником правды, и в спасении людей от потопа в ковчеге видит указание на духовное спасение людей через крещение. А апостол Павел представляет пример Ноя, как образец веры и праведности.

Авраам считается патриархом еврейского народа и одним из главных героев ветхозаветной истории. Ему в Библии, которая называет его «другом Божиим», посвящено большое количество страниц. Апостол Иаков так говорит о нем: «Веровал Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность, и он наречен другом Божиим» (Иак. 2: 23). Патриарх, крестивший княгиню Ольгу, говорит, что Бог сохранил Авраама от Авимелеха, имея в виду следующий эпизод Библии: однажды царь Герарский Авимилех, введенный в обман Авраамом, который, живя в Гераре, выдавал свою жену Сарру за сестру, похитил ее с тем, чтобы жениться на ней, ибо эта женщина ему очень нравилась; но Господь ночью открыл ему всю правду, и он удержался от совершения греха.

Лот, еще один ветхозаветный герой, был племянником Авраама. Библия говорит, что Лот жил в одном из нечестивейших городов того времени - Содоме, жители которого были «злы и весьма грешны пред Господом» (Быт. 13: 13). Бог решил наказать этот грешный город, и ниспослал на него небесный огонь. От общей гибели спасся один только Лот со своим семейством, которое вывели из города по повелению Божию ангелы, потому что он был единственным человеком в этом городе, который вел праведную жизнь.

Моисея, которому Бог открыл на горе Синай десять заповедей, Бог спас от фараона, преследовавшего еврейский народ вместе с его предводителем Моисеем, сумевшим вывести его из Египта, таким образом избавив людей из египетского рабства.

Давида (автора книги библейских Псалмов), ставшего впоследствии царем, как далее упоминает патриарх, Бог избавил от царя Саула, который покушался на его жизнь, устроив побег этого праведника в другую страну. А четвертый из больших пророков Библии, Даниил, брошенный в львиный ров за свою привязанность к отеческой вере, был спасен чудесным образом из пасти львов.

Ставя княгиню Ольгу в один ряд с выше названными библейскими праведниками, патриарх только что принявшей крещение Ольге словно предрекает ей: ты будешь, как и Енох, иметь такую же веру; как и Ной, ты соединишь древний мир с новым, т.е. от язычества ты приведешь свой народ к христианству; как Авраам был праотцом еврейского народа, так и ты станешь праматерью народа русского; как и Лот, ты послужишь образцом высокой праведности и на тебя будут равняться многие народы, принявшие христианство; как и Моисей, который дал иудеям десять заповедей, ты дашь Святой Руси законы нравственности, без которых немыслима христианская жизнь; и за твою праведную жизнь, за твою веру Бог тебя помилует от жестокости и коварства недругов, как он спас Давида, и от смерти, как он помог Даниилу.

Итак, патриарх княгиню Ольгу благословляет на великое служение, отправляя ее в свою землю. И снова летописец в истории Ольги проводит аналогию с Библией: «Произошло это, как при Соломоне: пришла царица эфиопская к Соломону, стремясь услышать многую премудрость Соломона и увидела свидетельства этой мудрости. Так же и эта блаженная Ольга искала настоящей божественной мудрости, но та ( царица эфиопская) – человеческой, а эта Божьей». Соломон, которого упоминает летописец, был сыном псалмопевца Давида и взошел на царский престол после смерти своего отца. Его перу принадлежит библейская книга Притч. Соломон прославился на весь мир, прежде всего, своей мудростью. Услышав о мудрости и славе Соломона, как повествует Библия, однажды к нему в Иерусалим пришла с богатыми дарами царица Савская (т.е. эфиопская), чтобы испытать его загадками, и беседовала с ним обо всем, что было у нее на сердце. «И объяснил ей Соломон все слова ее и не нашлось ничего незнакомого Соломону, чего он не объяснил бы ей» (III книга царств, 10: 1-3). Летописец сравнивает Ольгу с этой царицей, потому что она, как и та, искала мудрости, но мудрости не человеческой, а божественной. Царица говорила с Соломоном о земных вещах, а княгиня, приняв крещение, получила от патриарха наставление в своей дальнейшей духовной жизни. «Эта же блаженная Ольга с малых лет искала мудростью, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг – Христа», - продолжает летописец.

Многочисленные цитаты из Библии, которые неспроста приводит летописец в своем повествовании, подтверждают его мысль о том, что христианство, провозгласив божественность человеческой души, преображает и самого человека в существо, пусть несовершенное, обремененное грехами, но все же подобное Богу, и способное – в идеале – жить по божественным законам.

Сравнивая языческий и христианский мир, летописец приходит к выводу, что язычество есть тьма, а христианство – свет. «Ибо не знают, не разумеют те, кто ходят во тьме», «Огрубели сердца их, с трудом уши их слышат, а очи видят» - цитирует он книгу Псалмов Давида. А цитаты из книги притчей Соломоновых встречаются у него почти на каждой строчке.

Уговаривая сына принять крещение, Ольга говорит ему: «Я познала Бога, сын мой, и радуюсь если и ты познаешь – тоже станешь радоваться». Но, видя упорство сына-язычника, она отступает, произнеся такие слова: «Да будет воля Божья; если захочет Бог помиловать род мой и народ русский, то вложит им в сердце то же желание обратиться к Богу, что даровал и мне».

Летописец, повествуя о смерти Ольги, сокрушается, что не удалось ей при жизни увидеть свою Русь христианскою. Но ею уже было положено начало христианской веры, и, оплакивая ее смерть, летописец говорит: «Была она предвозвестницей христианской земле, как денница перед солнцем, как заря перед светом. Она ведь сияла; как луна в ночи, так и она светилась среди язычников, как жемчуг в грязи; были тогда люди загрязнены грехами, не омыты святым крещением. Эта же омылась в святой купели, и сбросила с себя греховные одежды первого человека Адама, и облеклась в нового Адама, то есть в Христа». А далее летописец восклицает: «Радуйся, русское познание Бога, начало нашего с ним примирения!» Это - начало восхваления Ольги как праматери народа русского. Ольга еще не причислена к лику святых, но автор уже предрекает, что это рано или поздно произойдет, потому что эта строка летописи очень напоминает начало церковного акафиста. Акафист – это название хвалебных песнопений в честь Христа, Богородицы Марии, а также святых. Как правило, каждая песнь акафиста начинается со слова «Радуйся!» Поэтому можно сделать вывод, что летописец уже сам причислил Ольгу к лику святых. «Память праведника бессмертна, так как признается он Богом и людьми», - заключает летописец. И далее опять летописец цитирует Соломона: «Праведники живут вовеки; награда им от Господа и попечение о них у Всевышнего. Посему получат они царство красоты и венец доброты от руки Господа, ибо Он покроет их десницею и защитит их мышцею», а потом от себя добавляет: «Защитил ведь он и эту блаженную Ольгу от врага и супостата – дьявола», словно вновь напоминая слова патриарха, обращенные к Ольге после ее крещения.

В летописной трактовка Ольга – образ мудрой женщины, наделенной красотой, сильной волей, настойчивостью и находчивостью. Она – преданная супруга, дорогой ценой заставившая врагов своего мужа заплатить за расправу с ним, попечительная мать, устроительница Русской земли, отважная воительница и – после крещения – столп христианской веры, первая в русском княжеском роде принявшая крещение, жадно слушающая в Царьграде поучения патриарха и по возвращении на Русь становящаяся, по выражению летописи, духовной «начальницей» Русской земли, предтечей ее христианского обновления. Светящаяся среди язычников, как бисер в грязи, как луна в ночи, она подобна «деннице перед солнцем и заре перед светом».


  1. ^ Трагическая судьба сына Ольги, Святослава,

с точки зрения христианской морали


Будучи верен идее, что христианство есть жизнь и неверующие во Христа до конца не спасутся, летописец далее рассказывает потомкам о трагической судьбе сына княгини Ольги – Святослава, который так и не принял христианства. Святослав погибает в войне с печенегами, которые раньше страшились даже одного его имени. Из его черепа печенеги делают чашу, оковывают ее серебром и пьют из нее. Так заканчивается повествование летописи о жизни и подвигах князя-воина, до самой смерти не знавшего поражений и неудач. Летописец не сопровождает никакими размышлениями свое сообщение о трагической гибели Святослава, но всем ходом предшествовавшего повествования о нем он очень искусно подготавливает своего читателя к драматической развязке. Как уже было сказано, Ольга, приняв христианство, естественно, хочет, чтобы и сын последовал ее примеру, но он глух к ее увещеваниям. Другим он не препятствует креститься, но попрекает их за это. Словами Священного Писания летописец осуждает тех, для кого «вера христианская уродство есть» и чьи сердца огрубели, а очи ослепли, и далее, сказав еще раз, что Святослав не слушался Ольги и гневался на нее, он грозит за неповиновение матери бедой и смертью. Искусство летописца как раз в том и состоит, что, дав уже раньше нравственную оценку поведения Святослава по отношению к христианской вере, он воздерживается от навязчивой морализации тогда, когда сообщает о том, что Святослав не только трагически погиб, но и из черепа его была сделана чаша для питья – в утеху его врагам-язычникам. В данном случае летописец предоставляет самому читателю делать неизбежные выводы и заключения.


  1. ^ Жизнь князя Владимира в «Повести временных лет»

как путь от тьмы к свету


Дело княгини Ольги было продолжено ее внуком Владимиром. Но не сразу, а постепенно. Образ Владимира в «Повести временных лет» - очень сложный и противоречивый. И отношение автора к нему меняется на протяжении всего рассказа о нем.

Начинается сказание о Владимире с того момента, когда будущий креститель Руси затевает убить своего брата – Ярополка. Летописец в своем повествовании опять обращается к нравственным категориям, которые даны миру христианской верой, но которые еще не познала Русь, ибо объята она была тьмой. Владимир подговаривает воеводу Ярополка: «Будь мне другом! Если убью брата моего, то буду почитать тебя как отца и честь большую получишь от меня…» И Блуд соглашается совершить предательство. Летописец комментирует этот эпизод русской истории словами псалмопевца Давида: «Человек, который ел хлеб мой, поднял на меня ложь». Повторим: цитаты из псалмов Давида и из притчей Соломона встречаются в «Повести временных лет» настолько часто, что, кажется, летописец этих библейских героев выбрал себе в соавторы. Т.е. мы можем сказать. что летописец в качестве художественного средства очень часто употребляет поучения (и, как правило, эти поучения основываются на библейском материале). Поступок Блуда страшен, достоин осуждения – причем осуждения не только человека, но и Бога. Поэтому летописец вслед за псалмопевцем повторяет: «Муж кровожадный и коварный не доживет до половины дней своих». Он верит, что Господь не оставит поступок Блуда безнаказанным.

Убив брата, Владимир стал жить с его женою – гречанкой. Здесь возмущение автора не знает предела: и дело даже не в том, что она была православной, а в том, что была она была монахиней и жил он с ней «не в браке, а как прелюбодей» Кстати, говоря о Владимире, летописец сравнивает его с Соломоном. Ведь у него, как и у библейского героя, было очень много жен – всех возрастов и всех национальностей. «Был он такой же женолюбец, как и Соломон, ибо говорят, что у Соломона было 700 жен и 300 наложниц». Но разница между судьбой Соломона и судьбой Владимира все же существует. Соломон «мудр был, а в конце концов погиб» А Владимир «был невежда, а под конец обрел себе вечное спасение».

И опять летописец обращается к притчам Соломона. Он приводит два его поучения. Одно касается женского прельщения, которое, по мысли летописца, есть зло: «Не внимай злой жене; ибо мед каплет с уст ее, жены прелюбодейцы; на мгновение только наслаждает гортань твою, после же горчее желчи станет… Сближающиеся с ней пойдут после смерти в ад. По пути жизни не идет она, распутная жизнь ее неблагоразумна». Второе же поучение – совсем иного рода. Оно посвящено женщине, которая есть хорошая жена и мать: «Дороже она многоценного камени. Радуется на нее муж ее. Ведь делает она жизнь его счастливой. Достав шерсть и лен, создает все потребное руками своими. Она, как купеческий корабль, занимающийся торговлей, издалека собирает себе богатство, и встает еще ночью, и раздает пищу в доме своем и дело рабыням своим. Увидев поле - покупает: от плодов рук своих насадит пашню. Крепко подпоясав стан свой, укрепит руки свои на дело. И вкусила она, что благо - трудиться, и не угасает светильник ее всю ночь. Руки свои простирает к полезному, локти свои устремляет к веретену. Руки свои протягивает бедному, плод подает нищему. Не заботится муж ее о доме своем, потому что, где бы он ни был, - все домашние ее одеты будут. Двойные одежды сделает мужу своему, а червленые и багряные одеяния - для самой себя. Муж ее заметен всем у ворот, когда сядет на совете со старейшинами и жителями земли. Покрывала сделает она и отдаст в продажу. Уста же свои открывает с мудростью, с достоинством говорит языком своим. В силу и в красоту облеклась она. Милости ее превозносят дети ее и ублажают ее; муж хвалит ее. Благословенна разумная жена, ибо похвалит она страх Божий. Дайте ей от плода уст ее, и да прославят мужа ее у ворот». Вот – истинный образ христианской жены, который очень близок летописцу. И такой женой спустя несколько лет станет Владимиру Анна.

А пока он ставит в Киеве языческих идолов, приносит им жертвы, особенно после удачных походов, и предается распутству, как Соломон с многочисленными женами; с его ведома приносят идолам в жертву сына варяга-христианина. Как коварство Блуда, так и сластолюбие Владимира и убийство варяга-христианина вызывают суровое осуждение летописца, подкрепляемое текстами Священного Писания. «Дьявол же радовался тому, не зная, что близка уже его погибель. Так пытался он погубить весь род христианский, но прогнан был честным крестом из иных стран», - словно подготавливает читателя летописец к приближающемуся свету – принятию христианства на Руси. Ведь скоро, совсем скоро дьявол будет побежден, и русские люди услышат звуки учения святых апостолов на своей земле. «Если и не были здесь апостолы сами, однако учение их, как трубные звуки, раздается в церквах по всей вселенной: их учением побеждаем врага - дьявола, попирая его под ноги, как попрали и эти два отца наших, приняв венец небесный наравне со святыми мучениками и праведниками». Учение апостолов летописец аллегорически сравнивает с трубными звуками. Как труба громко и певуче созывает народ на собрание, так и апостолы своим учением должны призвать людей к христианской жизни, которая есть добро, любовь и милосердие.

Так, постепенно, шаг за шагом, летописец подготавливает своего читателя к принятию Владимиром христианства. К Владимиру приходят проповедники из различных стран, предлагая принять их веру. Он выслушивает их, но его не удовлетворяет ни вера волжских болгар-магометан, ни вера «немцев», пришедших от римского папы, ни, наконец, вера хазар, исповедующих иудейство. В особенности характерны мотивы, по которым он отвергает магометанскую веру: его, как женолюбца, прельщает Магометов рай («Владимир же… сам любил жен и всякий блуд; потому и слушал их всласть»), но требование обрезания, запрещение есть свинину и в особенности пить вино ему явно было не по душе. «Руси есть веселие пить, не можем без того быть», - говорит он решительно. В конце концов, победа оказывается на стороне греческой веры, в преимуществе которой перед другими верами Владимира убеждает обширная речь греческого философа, а затем речь десяти мужей, которые проверили богослужебные обряды у болгар, «немцев» и греков и отдали в конце концов предпочтение греческому обряду.

Греческий философ, рассказывая Владимиру о православной вере, уже обращается, помимо уже знакомых читателю ветхозаветных повествований, к событиям евангельской истории, к Новому Завету. Впервые Владимир услышал имя Христа. Сказал же Владимир: «Пришли ко мне евреи и сказали, что немцы и греки веруют в того, кого они распяли… Философ ответил: Воистину веруем в Того. Их же сами пророки предсказывали, что родится Бог, что распят будет и погребен, но в третий день воскреснет и взойдет на небеса. Они же одних из тех пророков избивали, а других истязали. Когда же сбылись пророчества их, когда сошел Он на землю, был Он распят, воскрес и поднялся на небеса».

Впервые услышал Владимир и о бескровной жертве, которая приносится в дар христианскому Богу. Наверное, он с трудом вначале мог воспринять слова греческого философа. Ведь он привык к человеческим жертвам, руки его были обагрены кровью этих жертв. И, конечно же, он не мог представить, что жертвоприношение может совершаться символически: то есть хлеб – это тело, а вино – это кровь.

Греческий философ, пришедший поучать Владимира, обращается к библейскому повествованию, начиная свой рассказ с сотворения мира, но Священное Писание в своем повествовании он сочетает со священным преданием. По древнему преданию, один из ангелов на небе возгордился, сказав: «Сойду на землю, и овладею ею, и буду подобен Богу, и поставлю престол свой на облаках северных». Таким образом, сказитель намекает Владимиру, что гордыня – один из самых страшных грехов, словно открывая перед ним всю прежнюю жизнь князя. Вся библейская история предстает перед Владимиром в удивительных красках и образах: история жизни в раю Адама и Евы и их грехопадение, началом которого также послужила гордыня; убийство Авеля своим родным братом Каиным, рассказ о котором сбросил пелену с глаз Владимира, словно напомнив ему его собственное недавнее прошлое; повествование о всемирном потопе, погубившем все человечество за грехи, и о разделении языков во время Вавилонского столпотворения, о которых летописец уже упоминал в начале своей «Повести»; о начале язычества и поклонении языческим богам, которым и Владимир со своею дружиной кланяется, не ведая о существовании Бога («И кланялись им, и приводили к ним своих сыновей и дочерей, и закалывали их перед ними, и была осквернена вся земля»); об Аврааме, который открыл людям Единого Бога, и о Моисее, давшем своему народу десять заповедей. Прозвучал из уст греческого философа и рассказ о пророках Ветхого Завета, которых побивали камнями за их предсказания и праведную жизнь. И, наконец, услышал Владимир историю жизни, смерти и воскресения Того, чьим именем названа величайшая религия всех времен и народов – историю Христа, пришествие которого в мир в свое время предрекали многие великие пророки. Очень образно сказитель описывает смерть на кресте Спасителя, т.е. Христа: «Настала тьма по всей земле от шестого часа и до девятого, и в девятом часу испустил дух Иисус, Церковная завеса разодралась надвое, восстали мертвые многие, которым повелел войти в рай». Кстати, следует отметить, что летописец, вкладывая все библейское повествование в уста греческого философа, практически не отходит от канонического текста Библии, цитируя ее почти дословно. И после своего рассказа он поясняет все вышесказанное, раскрывая Владимиру внутренний духовный смысл каждого библейского сказания. «Когда апостолы учили по вселенной веровать Богу, учение их и мы, греки, приняли, вселенная верует учению их. Установил же Бог и день единый, в который, сойдя с небес, будет судить живых и мертвых и воздаст каждому по делам его: праведникам - царство небесное, красоту неизреченную, веселие без конца и бессмертие вечное; грешникам же - мучение огненное, червь неусыпающий и мука без конца. Таковы будут мучения тем, кто не верит Богу нашему Иисусу Христу: будут мучиться в огне те, кто не крестится», - так заканчивает греческий сказитель свою проповедь.

Запал рассказ сказителя князю в сердце, но не сразу он принял закон христианский, ибо, как говорит русская пословица: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». И отправил он послов в разные страны, чтобы испытать каждую из вер, предложенных ему. И когда они возвратились обратно, то сказали они Владимиру следующее: «Ходили в Болгарию, смотрели, как они молятся в храме, то есть в мечети, стоят там без пояса; сделав поклон, сядет и глядит туда и сюда, как безумный, и нет в них веселья, только печаль и смрад великий. Не добр закон их. И пришли мы к немцам, и видели в храмах их различную службу, но красоты не видели никакой. И пришли мы в Греческую землю, и ввели нас туда, где служат они Богу своему, и не знали - на небе или на земле мы: ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой, и не знаем, как и рассказать об этом, - знаем мы только, что пребывает там Бог с людьми, и служба их лучше, чем во всех других странах. Не можем мы забыть красоты той, ибо каждый человек, если вкусит сладкого, не возьмет потом горького; так и мы не можем уже здесь пребывать». А потом добавили: «Если бы плох был закон греческий, то не приняла бы его бабка твоя Ольга, а была она мудрейшей из всех людей». Приводя рассказ послов о восхищении ими христианской службой, летописец для большего эмоционального воздействия на читателя вводит преувеличение (гиперболу): они не знали, где они находятся - на небе или на земле, подчеркивая этим всю божественность христианства, словно подчеркивая, что вера эта выбрана не напрасно.

В дальнейшем, по свидетельству летописца, события жизни Владимира складываются следующим образом. Князь, еще некрещеный, идет войной на греческий город Корсунь и просит себе в жены сестру царей Василия и Константина – Анну. Цари соглашаются выдать за Владимира сестру, но лишь при одном условии – он должен креститься. С трудом братья-цари уговаривают сестру стать женой Владимира, ссылаясь на то, что этим она приобщит Русскую землю к христианству и спасет Грецию от разорения. Но в это время Владимир неожиданно слепнет. Что это – легенда или быль? Трудно сказать. Возможно, в данном случае автор вновь прибегает к гиперболе (т.е. преувеличению), чтобы показать спасительное действие православной веры. Ведь после своего крещения Владимир прозревает. «Епископ же Корсунский… крестил Владимира. И когда возложил руку на него, тот тотчас же прозрел. Владимир же, ощутив свое внезапное исцеление, прославил Бога: «Теперь узнал я истинного Бога». Многие из дружинников, увидев это, крестились», - заключает летописец. После того, как князь читает «Символ веры» - основную христианскую молитву, летописец опять обращается к поучению, чтобы раскрыть ее великий духовный смысл. И у читателя совсем не остается сомнений в том, что летописец обладает огромным багажом знаний не только в области истории и политики, но и в области богословия.

Крестившись сам и приобщив к христианству Русскую землю, Владимир становится примерным христианином, нищелюбцем, радетелем о процветании Руси. Покрестив Русь, он произносит следующие слова: «Христос Бог, сотворивший небо и землю! Взгляни на новых людей этих и дай им, Господи, познать тебя, истинного Бога, как познали тебя христианские страны. Утверди в них правильную и неуклонную веру, и мне помоги, Господи, против дьявола, да одолею козни его, надеясь на тебя и на твою силу».

И сейчас летописец говорит уже о князе Владимире не с сокрушением и жалостью, как в начале своего повествования, а как о великом крестителе Руси, как о человеке, которого коснулась божественная благодать и которого восхвалят все народы и воздадут ему славу: «Память о нем чтут русские люди, вспоминая святое крещение, и прославляют Бога молитвами, песнями и псалмами, воспевая их Господу, новые люди, просвещенные Святым Духом, ожидая надежды нашей, великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа; он придет воздать каждому по трудам его неизреченную радость, которую предстоит получить всем xристианам».


Заключение


В «Повести временных лет» характеры людей, их поступки, большие и малые дела, великие события и незначительные явления жизни человека находят параллели в прошлом. Так, неисключителен в истории поступок князя Владимира: «То новый Константин великого Рима: как тот крестился сам и людей своих крестил, так и этот поступил так же». И размышляя о прошлом Владимира, летописец толкует его, обращаясь к истинам Нового Завета: «Если и обращался он к скверной страсти, однако после усердствовал в покаянии, по слову апостола: «Где умножился грех, там преизобилует благодать».

Вот и получается, по Нестору, что далекое прошлое живет в настоящем и от настоящего зависит будущее. Оттого, что за грех в настоящем, последует наказание в будущем. Так было не раз, так случилось и в 1068 году: «Пришли иноплеменники на русскую землю, половцев множество. Навел на нас Бог поганых за грехи наши».

Небесное в летописи соединено с земным: к Богу с молитвой постоянно обращается летописец, с Ним он чувствует постоянную связь, от Него ждет помощи в труде. Христос присутствует для летописца в каждом миге земного бытия – с Его заповедями сверяет Нестор дела и поступки людей. И Его словом он поверяет исторические события.


^ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


  1. Библейская энциклопедия (репринтное издание 1891 г.). – М.: 1990

  2. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета (каноничесие). В 2-х томах. – Ленинград: 1990

  3. Библия и русская литература. Хрестоматия. – СПб: 1995

  4. Гудзий Н.К. История древней русской литературы. – М.: 1966

  5. Давыдова Н.В. Евангелие и древнерусская литература. – М.: 1992

  6. Повесть временных лет. – М.: 1998

  7. Полевой П.Н. История русской словесности с древнейших времен до наших дней. В 3-х томах. Т. 1. – СПб: 1990

  8. Полный православный богословский словарь. В 2-х томах. – М.: 1992

Скачать 238.7 Kb.
Поиск по сайту:



База данных защищена авторским правом ©dogend.ru 2014
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Уроки, справочники, рефераты