Домой

Положение М. И. Кутузова во главе действующих армий Причины, приведшие к сражению при Бородине




Скачать 222.03 Kb.
НазваниеПоложение М. И. Кутузова во главе действующих армий Причины, приведшие к сражению при Бородине
Дата06.01.2013
Размер222.03 Kb.
ТипРеферат
Подобные работы:

Материалы предоставлены интернет - проектом www.mydisser.com®

Авторское выполнение научных работ любой сложности – грамотно и в срок

Содержание

Введение... 4


Глава I. Эволюция «русской версии» Бородинского сражения


1. Официальная версия: Бородинское сражение в военно-оперативных документах августа-сентября 1812 года... 29


2. Версии военачальников: М.Б. Барклай де Толли и Л.Л. Беннигсен и их роль в последующей историографии Бородинского сражения... 81


3. Бородинское сражение в сочинениях К.Ф. Толя... 102


4. Развитие версии К.Ф. Толя: Бородинское сражение в трудах русских военных историков XIX века (Д.И. Ахшарумов, Д.П. Бутурлин, К. Клаузевиц, А.И. Михайловский-Данилевский, Ф.Н. Глинка, Н.Д. Неелов)... 112


5. Элементы критики версии К.Ф. Толя в сочинениях М.И. Богдановича и И.П. Липранди... 141


6. Русская историография и «французское» Бородино... 154


7. Бородино в сочинениях русских историков начала XX века... 179


8. Советская историография Бородинского сражения: идеология, историческая концепция, отношение к историографическому наследию... 195


9. Актуальные вопросы изучения Бородинского сражения в современной отечественной историографии... 215


Глава II. Накануне Бородинского сражения: исторические


источники, спорные вопросы историографии, проблемы исторической реконструкции


1. Положение М.И. Кутузова во главе действующих армий... 241


2. Причины, приведшие к сражению при Бородине... 259


3. Генеральное сражение в стратегическом замысле М.И. Кутузова... 269


3 Глава III. Подготовка генерального сражения и интерпретация


решений и действий М.И. Кутузова и его окружения: военно-оперативные документы, версии участников сражения, историографические концепции


1. Выбор позиции: источники и их интерпретации... 286


2. Русские и французские источники о назначении правого фланга русской армии... 291


3. Оборонительные возможности левого фланга в военно-оперативных документах, сочинениях участников сражения и в трудах историков... 298


4. Батарея Раевского: «ключ позиции» или опорный пункт?... 306


5. «Адское дело» при Шевардине: причины и следствия в военно-оперативных документах, сочинениях участников сражения и в трудах историков... 311


Глава IV. Противоречия между военно-оперативными


документами, версиями участников сражения и трудами историков в показаниях о ходе сражения


1. Перемещение войск перед сражением... 322


2. Начало сражения: Бородино или Семеновское?... 332


3. Хронометрия боевых действий: проблемы реконструкции... 349


4. Итог сражения: военно-оперативные документы, версии участников, оценки историков... 401


Заключение... 421


Приложения... 431


Источники и литература... 432


ВВЕДЕНИЕ


Бородинское сражение является одной из героических страниц русской истории. Участники Отечественной войны 1812 г. вспоминали об этом событии с особым чувством. «Всё испытано в сей день, до чего может возвыситься достоинство человека!» - много лет спустя утверждал генерал Ермолов, прошедший Аустерлиц, Прейсиш-Эйлау, Фридланд, Бородино, Малый Ярославец и Березину, воевавший под Лейпцигом и у стен Парижа.


Генеральное сражение при селе Бородине является самым значительным военным столкновением не только Отечественной войны 1812 года, но и всего периода наполеоновских войн в Европе. За исключением сравнительно короткого периода 1917 - середины 1930-х гг. (но и тогда невозможно было изгнать до конца историческую память о нем) Бородино в российском самосознании всегда было символом патриотизма, воинского долга, чести и мужества.


Этот символ российской истории, как происходило и с другими, равнозначными ему явлениями-символами, был и остается достоянием национальной культуры, идеологии в ее временных проявлениях, науки, обыденного исторического сознания. Подобно таким явлениям-символам, отношение к которым или интерпретация которых касалась каждого россиянина, Бородинское сражение не только стало объектом научного исследования, художественного осмысления, ритуального почитания (идеологического и религиозного). Бородино выдвинулось в ранг тех великих явлений, которые полагали начало устойчивой легенде национального самосознания — без подобной легенды вообще невозможно целостное существование последнего — и порождали творчество, укреплявшее или (реже) разрушавшее миф. Нередко мифологическая модель явления казалась крепче и оказывалась долговечнее сменяющихся научных моделей. Потому особенная сложность научно-исторического, источниковедческого,

историографического исследования и исторической реконструкции явлений подобного ранга определяется большим, чем в других случаях, давлением устойчивого мифологического представления.


Бородинское сражение не является в этом смысле исключением. Но представления о нем формировались и эволюционировали не в пору господства безымянного мифотворчества и провиденциалистских идей, а в более сложную, развертывавшуюся эпоху доминирования личностного начала, теоретически осознанных государственных интересов, «попечительства» об обществе и научных представлений о прошлом. Субъективные обстоятельства, обычно остававшиеся за рамками научного исследования, привели к тому, что отечественная историографическая традиция Бородина, основанная на сложном по своему происхождению и по времени создания комплексе источников, изначально вступила с ними в противоречие. Уже военачальники, руководившие войсками на Бородинском поле, и участники сражения в своих служебных документах, а позднее в воспоминаниях, письмах и первых военно-научных описаниях битвы, закладывая основы различного видения происшедшего, неизменно стремились придать своим толкованиям канонический облик. Обретая статус традиции, поддерживаемой теми или иными силами во имя тех или иных интересов, некоторые из этих толкований действительно превращались в каноническую концепцию, все более расходившуюся с источниковой базой и склонявшуюся к мифу. При этом источниковая база последующих исследований, если не суживалась, то либо «застывала» в определенном наборе источников, либо при издании комментировалась в русле сложившегося канона. Подобной «мифологизации» (причем речь уже идет об историографическом каноне) подверглись почти все события от кануна битвы до ее исхода и итогов.


Самым «темным местом» отечественной историографии Бородинской битвы, страдавшим «перепутанностью моментов», не позволявшим разобраться как в логике распоряжений русского и французского

командования, так и в ходе боевых действий, является хронометрия битвы, последовательность вступления в бой воинских частей, последовательность событий. К этой запутанной картине в историографии Бородина подвёрстываются различные, порой не совпадающие, порой прямо противоречащие друг другу мнения как участников сражения, так и историков о проблемах стратегического выбора русского командования (решение о генеральном сражении, реализация его замысла в ходе боевых действий, предварительное видение последующей ситуации), истолкование ими диспозиции русских войск, оценки итогов битвы и вклада в нее отдельных воинских частей и военачальников. В течение многих десятилетий изучения Бородинской битвы между ее историографическими версиями и источниковой базой накопилась масса противоречий. Без исследования этих противоречий и их происхождения, без сопоставления бытовавших и бытующих историографических моделей с источниковой базой невозможно достигнуть относительно непротиворечивой современной модели сражения, «единства описания и объяснения фактов», оценить итоги «грандиозного побоища в летописях народов» (И.П. Липранди).


Актуальность темы диссертации, таким образом, состоит не только в новом исследовании Бородинского сражения, выяснении целого ряда спорных и запутанных вопросов. Назревшей и актуальной проблемой является изучение состояния и взаимоотношений источниковой базы и историографии Бородинского сражения от времени самого события до настоящего времени, исторические источники, содержащие сведения о Бородинском сражении, никогда не подвергались всестороннему комплексному исследованию на предмет достоверности информации. Сложилось так, что эта проблема даже в основательных исследованиях оказывалась вторичной, второстепенной по отношению к избираемым историками версиям, заложенным еще в военно-оперативной документации и в первых сочинениях военачальников русской армии о Бородине (официальные и личные документы М.И. Кутузова, сочинения М.Б. Барклая

де Толли, Л.Л. Беннигсена, сочинения К.Ф. Толя, противостоявшие друг другу изначально). Приоритеты в использовании тех или иных источников определялись произвольно, в зависимости от субъективных позиций историков и их приверженности той или иной трактовке Бородинского сражения. Авторы либо не объясняли, почему они отдают предпочтения тому или иному, противостоящему ряду источников, либо их редкие объяснения связывались с общественно-политическими и идеологическими предпочтениями. Оттого представляется необходимой и актуальной задача выяснить, какими причинами это было обусловлено - целями создателя исторического источника или исторического труда, личностными отношениями, давлением политических и идеологических установок и др. Но не заключена ли новая информация о Бородинском сражении не только в исторических источниках, а в связях, соотношениях, противостояниях между ними? Без нового системного исследования источников, связанных с Бородинским сражением, невозможна оценка всей последующей историографии; без реконструкции связей между источниками, прилежащими к различным версиям, невозможны и новые работы по исторической реконструкции Бородинского сражения, призванные преодолеть почти двухсотлетнее противостояние версий.


Для диссертации и для проблемы исследования Бородина в целом актуальность темы располагается в области метода. Эволюция представлений о Бородинском сражении побуждает к поиску, обоснованию и проверке методов исследования того,


- откуда проистекают и как формируются первоначально в военно-оперативных документах, затем в сочинениях участников, и, наконец, в трудах историков историографические версии исторического события;


— как эти версии соотносятся с источниковой базой, как и почему знание исхода событий, их ближнего и дальнего «эха» отражается на понимании и истолковании исторического источника;

— как возникает «вчитывание» историком в источник того, что вовсе


не имели в виду его создатели, или как отбрасывается за


«несущественностью» то, что именно они имели в виду, и как


исторический источник вписывается в стереотипы


историографических версий состоявшегося события.


Объект исследования — исторические источники, представленные


двумя совокупностями. Первая - это исторические источники, возникшие в


связи с Бородинской битвой, начиная от военно-оперативных документов,


возникших накануне сражения, до самых поздних по времени мемуаров и


писем участников битвы. Другая совокупность - источники


историографические (исторические и военно-исторические сочинения,


критические отзывы и т.п.), начиная от версий, сформулированных


некоторыми участниками Бородинского сражения до современных


отечественных и зарубежных исследований.


Проблема исследования состоит в научной реконструкции формирования и бытования комплекса знаний о Бородинской битве. С этой целью в диссертации предпринято выявление соотношений, которые на протяжении почти двух столетий складывались между историографическими представлениями о Бородинской битве и информационными ресурсами источниковой базы.


В задачи диссертации входит:


• выяснение происхождения как исторических, так и историографических источников;


• изучение их формы и содержания, уточнение последовательности их возникновения и их текстуальных взаимоотношений;


• установление взаимоотношений между историческими источниками, возникшими как накануне и в ходе Бородинской битвы, так и в различное время по ее окончании;


• сопоставление отечественных и зарубежных источников и историографических версий; • выявление общих и частных противоречий между историографическими версиями Бородинской битвы и показаниями исторических источников;


• исследование причин, породивших эти противоречия;


в итоге решается общая задача формирования историографически-источниковедческого поля для современных исторических построений по проблеме истории Бородинского сражения.


Историография темы диссертации может быть рассмотрена в двух комплексах. С одной стороны, это собственно историография Бородинской битвы; в нашем исследовании она рассматривается как совокупность историографических источников. С другой стороны - это собственно историография поставленной проблемы, попытки ряда исследователей выявить и системно оценить расхождения между историографическими версиями и историческими источниками.


Историография поставленной нами проблемы — отношений между источниками и историографическими реконструкциями битвы — складывалась, по существу, вместе с историографией самого Бородинского сражения. Наличие значительного числа неточностей и «неразъясненных недоумений» в историографии Бородинского сражения были обнаружены участниками битвы уже после выхода в свет сочинения Д.П. Бутурлина «История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812 году». Генерал Н.Н. Раевский составил замечания на этот труд, адресовав их А. Жомини1. Первым автором, указавшим на несоответствия русской историографической версии Бородинских событий историческим источникам был, как ни странно, французский генерал Ж.Ж. Пеле-Клозо, изложивший свои воспоминания о «битве гигантов» в форме полемики с Д.П. Бутурлиным, апеллируя при этом


1 Раевский Н.Н. Из записок об Отечественной войне 1812 года // Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., 1962. С. 380-382.

не только к французским, но и к русским официальным документом2. В числе критиков доминировавшей тогда версии Бородинского сражения К.Ф. Толя (существовала и иная версия, идущая от сочинений М.Б. Барклая де Толли), отразившейся в трудах Д.П. Бутурлина и А.И. Михайловского-Данилевского, оказался и сам император Николай I. Он провел грандиозный эксперимент — попытался реконструировать события генерального сражения при Бородине, реализовав свой замысел силами более чем 130 тысяч русских воинов во время торжественного празднования годовщины битвы в 1839 г.3, в результате которого выявился ряд сомнений в правоте описаний К.Ф. Толя; этот факт опровергает мнения об «официальном навязывании» историкам этой версии. Попытки сопоставить различные точки зрения на события при Бородине предпринял М.И. Богданович, обратив внимание на «ахиллесову пяту» своего предшественника А.И. Михайловского-Данилевского: ошибку в указании последовательности двух важнейших событий - первой атаки на батарею Раевского и ранения Багратиона. Он и механически поменял их местами, сдвинув оба события к полудню, добавил лишнюю атаку на центральное укрепление, приурочив именно к ней кавалерийский рейд Уварова и Платова. Так последовательность событий и хронометрия битвы запутывались еще больше. На «темные места» в историографии Бородинской битвы указывал И.П. Липранди. В частности, разбирая труд М.И. Богдановича, он обратил внимание на отсутствие должной связи в обозрении источников, на неясность установленных им приоритетов и был склонен оценивать представленное им описание как «хаотическое нагромождение» свидетельств без их анализа и сопоставления. Он также указал на целый ряд проблем, возникших в изучении «Бородинской эпопеи» в статьях, опубликованных в сборниках «Пятидесятилетие Бородинской битвы» и


2 Pelet J.J. Bataille de la Moskova // Spectateur militaire. VII. 1829-1830. Цит. по: Пеле Ж. Бородинское сражение // ЧОИДР 1872. Кн. I. M., 1872.


3 Шильдер Н.К. Император Николай I и Михайловский-Данилевский // Русская старина. 1900. № 6; Болдина Е.Г. Из истории Бородинских торжеств 1839 г. // Материалы научн. конф. «Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы» Бородино, 1997; Малышкин С.А. История создания А.И. Михайловским-Данилевским «Описания Отечественной войны в 1812 году» // Материалы Всеросс. научн. конф. Проблемы изучения истории Отечественной войны 1812 года. Изд. Саратовского Университета. 2002. г.С. 36-47.

«Материалы для истории Отечественной войны 1812 года»4. Многие замечания Липранди так и не нашли отклика в официальной историографии.


На рубеже XIX-XX вв. в ходе исследований в архивах значительно расширилась и в результате многочисленных публикаций стала общедоступной основная масса источников по Бородинскому сражению. Это порождало все большее число вопросов среди специалистов в отношении замыслов русского командования, размещения и использования войск, хода событий 24 августа у Шевардина и даже последовательности и хронометрии боевых действий 26 августа, что наиболее ярко проявилось в работах А.Н. Витмера, А.В. Геруа, Б.М. Колюбакина5. Однако, начавшееся было осмысление соотношения историографической версии Толя с источниками и другими версиями прекратилось в 1917 г.


В советской историографии наиболее весомый вклад в изучение источников, связанных с Отечественной войной 1812 г., и их отношение к историографической традиции, был внесен А.Г. Тартаковским, выявившим динамику публикаций мемуарных источников, собравшим ценные сведения об их бытовании и об авторах6. Большой интерес представляет и его исследование «Неразгаданный Барклай» (М., 1996), содержащее сведения о времени возникновения «Оправдательных» писем военачальника, количестве их редакций и обстоятельствах, сопутствовавших их возникновению. Ученый уточнил датировку такого важного документа, как «Изображение военных действий I Западной армии в 1812 году» имеющего прямое отношение к событиям на Бородинском поле, где впервые была высказана обстоятельная «антикутузовская» версия сражения. О необходимости внимательного изучения источников о Бородинской битве и поиска новых методов их


4 Липранди И.П. Война 1812 года. Замечания на книгу «История Отечественной войны 1812 года по достоверным источникам» М.И. Богдановича. М., 1869; Он же. Материалы для истории Отечественной войны 1812 года. СПб., 1867.


5 Витмер А.Н. Бородинский бой: опыт критического исследования // Военно-исторический сборник. 1912. №2; Колюбакин Б.М. 1812 год: Избрание Кутузова Главнокомандующим над всеми армиями // Русская старина. 1912, №7.; он же. 1812 год: Бородинское сражение 26 августа // Русская старина, 1912, №8. С.2; Геруа А.В. Бородино (по новым данным). СПб., 1912.


6 Тартаковский А.Г. 1812 год и русская мемуаристика. М., 1980; Он же. Русская мемуаристика XVIII -первой половины XIX в.: От рукописи к книге. М., 1991.

оценки говорится в исследованиях Н.А. Троицкого, Б.С. Абалихина, В.А. Дунаевского7. Авторы вступили между собою в оживленную полемику, главным образом по поводу результативности деятельности Кутузова как главнокомандующего при Бородине. К сожалению, их научному спору не хватало именно того, из-за чего он возник: внимательного отношения к источникам, особенно к военно-оперативной документации.


Конец XX - начало XXI столетия, на наш взгляд, ознаменовалось качественно новым уровнем изучения источниковой базы, связанной с Бородинским сражением. Современные ученые впервые предприняли попытку «фронтального» сопоставления источников не только русской, но и неприятельской стороны. Введение в оборот французских, немецких, польских источников сделало возможным долгожданный прорыв в изучении темы, позволив ввести принципиально новые элементы в сложившуюся версию «битвы гигантов». Достаточно назвать работы А.А. Васильева, в том числе созданные в соавторстве с А.А. Елисеевым и А.И. Поповым, позволяющие уточнить численность, состав и потери русской и неприятельской армии. А.И. Поповым и А.А. Васильевым введены в оборот ранее не публиковавшиеся или не переводившиеся на русский язык источники, связанные с действиями при Бородине французских, немецких и польских войск. Большой интерес представляют источниковедческие работы С.А. Малышкина и А.И. Сапожникова9. Особого внимания заслуживает


7 Троицкий Н.А. 1812 - Великий год России. М., 1988; Он же. Отечественная война 1812 года. История темы. Саратов, 1991; Абалихин Б.С. 1812 год: Актуальные проблемы истории. Элиста, 2000; Абалихин Б.С., Дунаевский Б.А. 1812 год на перекрестках мнений советских историков. М., 1990.


х Васильев А.А. «Лукавая цифирь» авантюриста // Родина. 1992. №6-7. С. 68-71; Васильев А.А., Елисеев А.А. Русские соединенные армии при Бородине 24-26 августа 1812 года. Состав войск и их численность. М., 1997; Васильев А.А., Попов А.И. Grand Аппбе. Состав армии при Бородино. М., 2002.


9 Малышкин С.А. История создания А.И. Михайловским-Данилевским «Описания Отечественной войны в 1812 году» // Материалы Всеросс. науч. конф. Проблемы изучения истории Отечественной войны 1812 года. Издательство Саратовского Университета. 2002 г.; Он же. Человек в Бородинской битве: опыт историко-культурологического исследования // Материалы VII Всеросс. науч. конф. «Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы». Бородино, 1999; Сапожников А.И. Записка атамана М.И. Платова о Бородинском сражении // Материалы VII Всеросс. науч. конф. «Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы». Бородино, 1999; Он же. «Бородинский футляр» из библиотеки генерала Ф.Ф. Шуберта// Бородино и наполеоновские войны. Битвы, поля сражений... М., 2003; Он же. Неопубликованная «История кампании 1812 года» А.И. Михайловского-Данилевского // Материалы XI Всеросс. науч. конф. «Отечественная война Источники. Памятники. Проблемы». Можайск, 2004.

монография В.Н. Земцова10, представляющая, по словам автора, «многоплановую» или «тотальную» историю Бородинского сражения «применительно ко всей европейской армии Наполеона». Ученый из Екатеринбурга попытался выявить «национальные историографические «коды» в освещении действий Великой армии в Бородинском сражении. К сожалению, в отношении русской армии при Бородине подобных попыток не предпринималось, чем отчасти и определяются цели и содержание настоящей диссертации.


Источники, исследуемые в диссертации, представлены двумя обширными группами - источники исторические, созданные участниками сражения и его современниками, и источники историографические, созданные исследователями сражения; при этом следует иметь в виду, что некоторые из участников битвы оказались и первыми ее историками.


Круг исторических источников по исследуемой теме чрезвычайно велик, представлен почти всеми существовавшими в первой половине XIX в. видами письменных источников. Большая часть исторических источников издана.


Законодательными источниками определялись порядки и формальная сторона взаимоотношений в русской армии11. Материалы делопроизводства, представленные дипломатической документацией, служат уяснению внешнеполитической ситуации времени войны 1812 г., но мало информативны в отношении собственно Бородинской битвы12. Военно-оперативная документация включает приказы по армии, ее соединениям и подразделениям, официальную переписку начальствующих лиц, рапорты начальников штабов, командиров корпусов, начальников дивизий, командиров бригад и полков, наградные списки, ведомости о численности и


10 Земцов В.Н. Великая армия в Бородинском сражении. Екатеринбург, 2001.


" Воинский устав пехотной дивизии. СПб., 1811; Учреждение для управления Большой действующей


армии. Ч. 1-4. СПб., 1812; Общие правила для артиллерии в полевом сражении. СПб., 1812; Наставление


господам пехотным офицерам в день сражения // Военный сборник. 1902. № 7; Собрание высочайших


манифестов, грамот, указов, рескриптов,.. 1812, 1813, 1814, 1815, 1816 гг. СПб., 1816; Полное собрание


законов Российской империи. Собрание I. СПб., 1830. Т. XIX-XXII.; Российское законодательство X - XX


века: В 9 т. М., 1988. Т. 5.


12 Внешняя политика России XIX и начала XX вв. Серия I. 1801-1815. М, 1960-1972. Тт. 1-9.

потерях войск. Большая часть военно-оперативных документов вошла в различные издания по истории Отечественной войны 1812 г.13. Особый интерес среди них представляет неоднократно опубликованная так называемая Реляция М.И. Кутузова Александру I с подробным изложением хода битвы, атрибуция которой входит в задачу нашего исследования. Неопубликованные военно-оперативные документы 1812 года представлены в еще значительном количестве в отечественных архивах — это преимущественно рапорты, переписка, наградные документы, ведомости о составе и потерях войск, картографические источники и др. Речь идет прежде всего о фондах Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА). В фонде 103 (Барклай де Толли) отложились черновики и оригиналы рапортов о Бородинском сражении, черновики и оригиналы наградных списков, официальная переписка М.И. Кутузова, ведомости о потерях. В фондах бывшего Военно-ученого архива (ВУА) содержатся, кроме рапортов и иных официальных документов, дневники и воспоминания участников Отечественной войны 1812 г., собранные А.И. Михайловским-Данилевским. Особую ценность представляют рапорты военачальников Великой армии 1812 г.: сведения о действиях при Бородине 1-го армейского корпуса маршала Даву содержатся в трофейных бумагах (фонд 846). Переписка о награждении за Бородино, включая тексты наградных рескриптов, находится в фонде канцелярии Военного министерства (фонд 29). Документы, связанные с событиями при Бородине, отложились и в фонде 154 (А.А. Аракчеева). Фонд 489 составляет коллекция формулярныхных списков, в том числе участников Бородинского сражения, содержащих информацию об их участии в битве 24-26 августа и вместе с тем


13 Отечественная война 1812 года. Материалы Военно-ученого архива Главного штаба. Тт. I-XXII. 1900-1914; Сборник исторических материалов, извлеченных из архива Собственной Его Императорского Величества канцелярии. СПб, 1913; Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года, собранные П.И. Щукиным. М., 1897-1910. Ч. 1-10; Харкевич В.И. Переписка императора Александра и Барклая де Толли в Отечественную войну// Военный сборник. 1903. № 11-12; 1904. №1; 1906. № 3; Вел. кн. Николай Михайлович. Переписка императора Александра I с сестрой вел. кн. Екатериной Павловной. СПб., 1910; Генерал Багратион: Сб. документов и материалов. М., 1945; М.И. Кутузов. Сборник документов. Т. I-V. М., 1950-1956; Бородино. Документы, письма, воспоминания. М, 1962; 1812-1814. М., 1992; Фельдмаршал Кутузов. Документы, дневники, воспоминания. М., 1995; Бородино. Документальная хроника. М, 2004 и др.

сведения о времени (или временном соотношении) и топографии отдельных эпизодов сражения. Военно-оперативные документы, связанные с Бородинским сражением, находятся также в Российском государственном историческом архиве (РГИА) в г. Санкт-Петербурге. Наибольшую ценность составляют хранящиеся в фонде 1409 оригиналы рапортов Кутузова Александру I и наградных представлений за Бородинское сражение.


Среди факторов, существенно повлиявших как на состояние военно-оперативных документов, так и на историографию Бородинской битвы, — взаимоотношения в среде высших военачальников, индивидуальные представления высших начальствующих лиц о планах, ходе и итогах битвы и всей кампании, о собственной роли в них, оценка своих сослуживцев. В их рапортах и наградных представлениях велико личностное начало. В тщательном анализе особенно нуждаются источники, связанные с назначением М.И. Кутузова главнокомандующим Соединенными армиями, с численностью армии и состоянием резервов и ополчения, причинами генерального сражения, выбором позиции, разработкой диспозиции и реальным расположением войск в битве. Существуют разночтения внутри источниковой базы и внутри историографической традиции, а также между ними по таким вопросам, как события при Шевардине, хронометрическое и топометрическое соотношение отдельных фаз сражения (бои за Бородино, за Семеновские флеши, за деревню Семеновское, за батарею Раевского, ранение Багратиона и перемещения в руководстве войсками левого фланга и др.).


Важную роль в исследовании битвы играют опубликованные официальные сообщения и военная публицистика обеих сторон14, а также источники личного происхождения. Военно-оперативные документы в сопоставлении с письмами, дневниками, воспоминаниями участников битвы и с иностранными источниками предоставляют возможности для пересмотра ряда устоявшихся элементов исторических описаний битвы и позволяют


14Листовки Отечественной войны 1812 года. Сборник документов. М., 1962; Bulletins officials de la Grand Armee, campagnes de Russie et de Saxe. P., 1812; Pieces officielles et bulletins de la Grande Armee. Annee 1812. (Extrait du Journal official). Paris. S.a. [1813].

существенно уточнить последовательность событий и хронометрические параметры событий 24 - 26 августа 1812 г.


Свежие впечатления участников битвы зафиксированы в письмах, чаще всего лишь ненамного запаздывающих по отношению к пережитым событиям15; однако, следует отметить, что из-за ограничения военной цензуры сохранилось немного личных, или как тогда говорили «партикулярных» писем. Впрочем, в соответствии с традициями и стилем века в форму писем облекались и тщательно обдуманные публицистические произведения16 или полемические заметки17. Изданы и имеющие огромное значение для исследования нашей проблемы письма руководителей неприятельской армии, начиная с корреспонденции императора Наполеона18.


Участники войны 1812 года оставили по себе дневники и мемуаристику, ставшую объектом упомянутого исследования А.Г. Тартаковского; среди дневников и воспоминаний велика доля произведений участников Бородинского сражения. Значительная, если не заведомо большая часть источников личного происхождения собрана и издана. Некоторые из документов личного происхождения весьма сложны по своему составу и характеру. Так, важнейшим документом, уже отстоящим от военно-оперативной документации и представляющим собой личностное авторское сочинение с элементами и мемуаров, и исторического исследования, является знаменитое «Описание» К.Ф. Толя19.


15 Дубровин Н.Ф. Отечественная война в письмах современников (1812-1815). СПб., 1882; Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., 1962; Вильсон Р.Т. Дневник и письма. 1812-1813. СПб., 1995; Письма Д.С. Дохтурова к его супруге // Русский архив. 1874. № 1; Письма Кутузова жене (с 25 августа по 31 декабря 1812 года) // Русская старина. 1872. № 4; Переписка императора Александра Павловича с графом Ф.В. Ростопчиным (1812-1814 г.г.) // Русская старина. 1893. №1; Переписка П.П. Коновницына с А.И. Коновницыной // Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года... М., 1904. Ч. 8. С. 126-134; Местр Ж. де. Петербургские письма. 1803-1817. СПб., 1995; К чести России: Из частной переписки 1812 года. М., 1988.


16 Беннигсен Л.Л. Письма о войне 1812 года. Киев, 1912; Глинка Ф.Н. Письма русского офицера. 1814-1815 гг. М.,1985; Харкевич В.И. Переписка императора Александра и Барклая де Толли в Отечественную войну // Военный сборник. 1903. № 11-12; 1904. №1; 1906. №3;


17 Барклай де Толли М.Б. Изображение военных действий 1-й армии в 1812 году // Труды ИРВИО, 1912. Т. IV. Кн. 2. С. 17-67; Он же. Изображение военных действий 1812 года. СПб., 1912; Он же. Замечания на Официальные известия из армии от 26 августа // Харкевич В.И. Указ. соч. Вып. 2. Вильно, 1903.


18 Correspondance de Napoleon I. Paris, 1868. V.24.


19 Толь К.Ф. Описание битвы при селе Бородине 24-26 августа 1812 года, составленное на основании рапортов ГГ. корпусных командиров Российской армии, из официальных документов неприятельских. СПб., 1839.

В составе изданных дневников, воспоминаний или близких к ним (созданных даже в привычной форме официальных рапортов, как в случае Барклая де Толли) произведений представлены мемуары лиц из высшего командования русской армии, в частности, Барклая де Толли и Беннигсена20, других военачальников (от командира корпуса до командира полка). Среди них записки А.П. Ермолова, П.П. Коновницына, М.С. Воронцова, М.А. Милорадовича, Н.Н. Раевского, Э.Ф. Сен-При, И.Ф. Паскевича и др., штабных офицеров, младших офицеров, записанные рассказы «нижних чинов»21. На личном знании и личных впечатлениях основано сочинение К. Клаузевица о войне 1812 г.22 В нашей работе использованы также «Записки» московского генерал-губернатора Ф.В. Ростопчина и государственного секретаря А.С. Шишкова . Исследование обеспечивается и значительным количеством изданных дневников и мемуаров «неприятельской стороны»24, в том числе выпущенных и в русском переводе25.


20 Барклай де Толли М.Б. Изображение военных действий 1 Западной армии в 1812 году // Труды ИРВИО. СПб., 1912. Т. VI. Кн. 2; Беннигсен Л.Л. Записки графа Беннигсена о кампании 1812 года // Русская старина. 1909. Т. 4-12.


21 Родожицкий И.П. Походные записки артиллериста с 1812 по 1816 г. Ч. 1-2. М., 1835; Голицын Н.Б. Офицерские записки или воспоминания о походах 1812, 1813 и 1814 годов. М., 1838; Евг. Вюртембергский. Воспоминания о компании 1812 года в России // Военный журнал. №1. СПб., 1848; Рассказ о Бородинском сражении отделенного унтер-офицера Тихонова // ЧОИДР. 1872. Кн. 1; Граббе П.Х. Из памятных записок. М., 1873. Ч. 2; Митаревский Н.Е. Нашествие неприятеля на Россию. М., 1878; Норов А.С. Воспоминания // Русский архив. 1881. № 3; Муравьев Н.Н. Записки // Русский архив. 1885. № 9; Михайловский-Данилевский А.И Из воспоминаний // Русская старина. 1900. №6; Записки генерала В.И. Левенштерна // Русская старина. 1900. Кн.З; Горчаков А.И. Письмо А.И. Михайловскому-Данилевскому от 13 мая 1837 г. // Харкевич В.И. Указ. соч. Вып I.; День 26 августа 1812 года. Из бумаг А.Н. Марина и материалы к его биографии // Летописи ГЛМ. М., 1948 Кн. 10; Муравьев А.Н. Автобиографические записки // Декабристы. Новые материалы. М., 1955; Дневник Александра Чичерина 1812-1813. М., 1966; Дневник Павла Пущина 1812-1814. Л., 1987; Ермолов А.П. Записки. М., 1991; Записки генерала М.С. Воронцова // 1812-1814. М., 1992; Военский К.А. Отечественная война 1812 года в записках современников. СПб., 1911; Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., 1962; 1812 год... Военные дневники. М, 1990; 1812 год. Воспоминания воинов русской армии. М., 1991; 1812 год в воспоминаниях современников. М., 1995; Бородино в воспоминаниях современников. СПб., 2001 и др.


22 Клаузевиц К. 1812 год. М., 1997.


23 Ростопчин Ф.В. Записки о 1812 годе // Ох, французы! М., 1992; Шишков А.С. Домашние записки // Записки, мнения и переписка адмирала А.С. Шишкова. Берлин, 1870. Т. 1; Энгельгардт Л.Н. Записки. М., 1997.


24 Adam A. Aus dem Leben eines Schlachtenmalers. Stuttgart, 1886; Biot H.F. Souvenirs anecdotiques et militaries. Paris, 1901; Caulaincourt A.A.L. Souvenirs du due Vicence. Bruxelles, 1838. V.l-2; Cerrini di Monte Varchi C.F.X. Die Feldzuge der Sachen in den Jahren 1812 und 1813. Dresden, 1821; D'Antoird. Notes et documents...// Carnet de la sabretache. 1906. №162; Dedem de Gelder. Memoires du general Dedem de Gelder. Paris, 1900; Dumas M. Souvenire. Paris, 1839. T.3; Francois С Journal du capitaine Francois. Paris, 1904. T.2; Girot de l'Ain. Dix ans de mes souvenirs militaries. Paris, 1873; Journal du capitaine Bonnet du 18-e de ligne // Carnet de la sabretache. 1912. № 239; Minkwitz A. Die Brigade Thielmann in dem Feldzuge von 1812. Dresden, 1879; Pion des Loches A.A. Mes campagnes. Paris, 1899; Planat de la Faye N.L. Vie de Planat de la Faye. Paris, 1895; Roth von Schreckenstein. Die Kavalerie in der Schlacht an der Moskwa. Munster, 1858; Seruzier T.J.J. Memoires militaries Paris, 1894; Teste F,-

Скачать 222.03 Kb.
Поиск по сайту:



База данных защищена авторским правом ©dogend.ru 2019
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Уроки, справочники, рефераты